«Газета», 29 июня 2005

Переигрывая классику
Эммануэль Акс впервые выступил в Петербурге

На фестивале «Июньские звезды» выступил с двумя концертами знаменитый пианист Эммануэль Акс. В первый вечер в его исполнении прозвучали опусы Бетховена и Шопена, во втором – Второй концерт Брамса под аккомпанемент Первого филармонического оркестра; дирижировал Юрий Темирканов.

«Июньские звезды» – новый фестивальный проект Петербургской филармонии. Центральное место в нем занимают концерты маститых дирижеров Юрия Темирканова, Владимира Ашкенази, Неэме Ярви, Золтана Кочиша и Кшиштофа Пендерецкого (чья дирижерская активность соизмерима с его композиторской плодовитостью). Побочную линию фестиваля составили концерты прославленных и довольно «дорогих» пианистов: Эммануэля Акса, Элен Гримо и молодого, но стремительно начавшего международную карьеру финна Антти Сиирала. Начал фортепианный сюжет Акс. Американец польского происхождения, учившийся в Джульярде, он входит ныне в топ–лист пианистов высшего ранга.

Несмотря на экстраординарную известность, на сольном концерте Акса в зале зияли пустые места. Разрыв между местной филармонической жизнью и мировым музыкальным процессом в последние пятнадцать лет расширился настолько, что петербургская публика совершенно выпала из контекста. Она не осведомлена о том, что делается на академических сценах Европы и мира, кто занимает высшие строчки в негласной «табели о рангах», с кем предпочитают работать крупные звукозаписывающие фирмы. Идти же в филармонию, ориентируясь на программу из насквозь заигранных сонат Бетховена и баллад Шопена, уже никому не интересно.

Те, кто пренебрег концертом Акса, многое потеряли. Давно уже не приходилось слышать столь утонченную и вместе с тем благородно простую манеру игры: без пережимов, вихляний, слюней и соплей. Игру, которая способна отмыть затасканные шопеновские опусы от накипи дешевого сентиментализма. Уже по тому, как пианист начал играть Первую балладу – проникновенно, вполголоса, словно ведя негромкий разговор с близким человеком, – можно было судить о дальнейшем. Мягкое туше, искренний диалог с художественным текстом и техническое совершенство – вот характеристики, которые сообщали игре Акса неповторимость.

В первом отделении Акс играл Вторую и Третью сонаты Бетховена. Их играют почти все, начиная со старших классов школы и кончая консерваторией. Найти свежую интерпретацию очень трудно, и почти невозможно найти тонкую грань, отделяющую стиль раннего Бетховена от стиля, скажем, Гайдна или Моцарта. Акс справился с задачей блестяще: не выходя за рамки классицистского стиля, он сумел развить в этих сонатах то самое «легкое дыхание», придающее технике предельную отчетливость. Пианист рисовал обширные полотна четырехчастевых сонат, создавая солнечную, типично классицистскую картину мира. Слушая пианиста, ты поневоле соглашался с его трактовкой, мечтая о сияющем мире, в котором нет проблем и горя.

Гюляра Садых–Заде