«Невское время», 24 сентября 2005

Симфонические метаморфозы
Начало сезона после лета преобразило Большой зал Филармонии

Огромный Большой зал Филармонии, полный прилежных слушателей, занявших все места даже на боковых банкетках и стоящих чуть ли не в два ряда на хорах... Они никуда не спешат и даже не хлопают между частями произведений... Выключены все мобильные телефоны... Ну, или почти все.

На самом деле это реальность. По крайней мере, первое время после открытия нового сезона. Соскучившиеся завсегдатаи Филармонии, испугавшись новости о грядущем ремонте, дружно собираются по вечерам послушать любимую «Заслугу» с Темиркановым. Да-да, уже меньше чем через неделю этот же состав с этой же программой будет радовать заморскую публику Карнеги-холла. А пока радуются наши, петербургские слушатели и своим прилежанием и бурными аплодисментами словно хотят рассказать Юрию Хатуевичу, как они ждали новых встреч.

Помнится, недавно, на закрытии конкурса Образцовой в этом же Большом зале, одна старушка-слушательница подпрыгивала на хорах от нетерпения, желая поскорее услышать оркестр. Сейчас она была бы более чем довольна: Филармония открылась двумя роскошными концертами с участием заслуженного коллектива России Академического симфонического оркестра Филармонии – с немецкой скрипачкой Джулией Фишер и российской премьерой произведения Гии Канчели «...аl niente» в присутствии автора.

По традиции, как и на любое первое исполнение произведения в России, собрался весь высший музыкальный свет – композиторы, музыканты, профессура. Вокруг недавнего юбиляра Андрея Павловича Петрова в антракте даже скопилась целая толпа поклонниц самого разного возраста, не давая ему прохода к ложе у сцены. Сама премьера тоже не разочаровала. Уютная, мягкая, медленная, словно камерная, музыка Канчели временами бурно расцветала до богатых симфонических красот, заливая весь зал своими сочными красками, а потом пряталась, скромно уходя в никуда. «Из ничего» – так переводится название произведения, которое Гия Канчели посвятил Юрию Темирканову и которым маэстро сам и дирижировал. Трудно сказать, как определить по форме это произведение. Скорее это некая симфоническая поэма, нежная и очень добрая. И именно ее гармонии, плавно перетекающие друг в друга, – то, что осталось в душе после концерта. Даже после Второй симфонии Брамса, исполненной во втором отделении.

Алина Циопа