Персоны
Виктор Гвоздицкий
Биография
Гвоздицкий Виктор Васильевич – актер.
Виктор Гвоздицкий часто менял города. Родился в Кропоткине, в Краснодарском крае. Театральное училище окончил в Ярославле. В 1971 году по распределению оказался в Рижском ТЮЗе, а в 1974-м получил приглашение в ленинградский Театр Комедии, где прослужил десять сезонов, успев сыграть два десятка ролей – в спектаклях Петра Фоменко, Романа Виктюка, Вадима Голикова, в возобновлении легендарной притчи «Тень» Николая Акимова по сказке Евгения Шварца. Одновременно в начале 1980-х появлялся в нескольких постановках БДТ и в «Стеклянном зверинце» по Теннесси Уильямсу в ленинградском Малом драматическом, с 1979-го играл Пушкина в моноспектакле «Пушкин и Натали» Камы Гинкаса:
«Примеряя в прологе бакенбарды, играя мимикой своего лица, так похожего на известные пушкинские портреты, Гвоздицкий иронически разрушал расхожий, растиражированный культ поэта, возникший как заменитель его творчества. Портреты заговорили в ту пору, когда поэзию перестали слушать, а вскоре и читать. Гвоздицкий в спектакле Гинкаса не декламировал пушкинские стихи, он открывал, откуда стихи берутся. И оставался один на один с личной драмой, трагическими предзнаменованиями и жаждой счастья творца, обреченного на одиночество».
В этой роли его и увидел московский режиссер Михаил Левитин, который вспоминал уже после смерти артиста:
«Для меня было очевидно, что он должен работать в моем театре, «мой» артист, даже слишком «мой». Не похож на других людей – это основа моего отношения к артисту […] То есть не похож вызывающе: им можно было дразнить людей. А потом в нем обнаружились и другие достоинства: трепет проникновенности, чувство меры, поразительное образное мышление и, как он любил говорить, «соавторство». Гвоздицкий был легендой и при жизни. Он порой сам создавал миф о себе, зная, что непонятен окружающим. Будучи в театре человеком легким, спонтанным, прелестным, он иногда играл в инфернальность – это не все понимали – и был обречен стать легендой».
В московском театре «Эрмитаж» (бывший «Театр миниатюр») Михаила Левитина Виктор Гвоздицкий начал работать в 1985-м. Сразу предупредил – полушутя, полувсерьез: «Одиннадцать лет – и я уйду». И действительно так и сделал, хотя публика шла в театр именно на его Фадинара в «Соломенной шляпке», Дон Жуана в мольеровской пьесе, Дымшица в спектакле «Полёт Ди Грассо» по Бабелю, Казанову в спектакле «Сонечка и Казанова» по Цветаевой, Подколесина в «Женитьбе» по Гоголю.
В роли Подколесина он выходил и на свою следующую сцену – легендарную сцену МХАТа имени Чехова, куда перешел по личному приглашению Олега Ефремова. Здесь играл Арбенина («Маскарад»), Тузенбаха («Три сестры»), Людовика Великого («Кабала святош»), Графа Ансельмо («Венецианский антиквар»), Доктора Фреголи («Самое главное»), главную роль в «Сирано де Бержераке» – последней режиссерской работе Ефремова. В 2004-м вернулся в Петербург.
«Он был очень петербургским артистом. Не только потому, что в середине 1970-х перебрался из Риги в Ленинград, […] и не только потому, что в последние годы был актером Александринки, куда его пригласил Валерий Фокин. И даже не только потому, что петербургские темы не раз возникали в его творчестве: например, он был превосходным сценическим интерпретатором Достоевского (у Гинкаса сыграл Парадоксалиста и Порфирия Петровича, у Левитина – «Скверный анекдот», последняя роль у Фокина – «Двойник»). Гвоздицкий был петербургским актером по стилю – это, наверное, основное понятие, определяющее его невероятную, неповторимую индивидуальность. Такого стиля уже и не существует: сам Гвоздицкий ощущал свое театральное время лишь бледной тенью великих эпох, тосковал по исчезающему «воздуху театра», творил с вечной жаждой совершенства и грустью о невозможности его достичь… Теперь, без Гвоздицкого, этого загадочного и прекрасного «воздуха театра» стало еще меньше», – вспоминала об ушедшем артисте театральный критик Елена Тропп.
Про свою последнюю труппу – Александринский театр – сам Виктор Гвоздицкий говорил с восторгом:
«Таких театров нет в России. Я имею в виду ауру здания, ауру ярусов, лож, плафонов, люстр, царских лож. Там магия огромная пространства. Пространства, которое сделано настоящим архитектором Карлом Росси. Мне кажется, Фокин очень правильно и красиво строит репертуар, включая в него постановки пьес, которые в свое время впервые появились на Александринской сцене. Это и «Ревизор», и «Женитьба», и «Чайка».
В «Чайке» Кристиана Люпа Гвоздицкий собирался играть Дорна. По воспоминаниям коллег, был очень увлечен, говорил репликами чеховского героя – «Блестящих дарований теперь мало, это правда, но средний актер стал гораздо выше» или «Я прожил свою жизнь разнообразно и со вкусом». А фразу Дорна «Мне 55 лет, уже поздно менять свою жизнь» считал чудесным совпадением: самому Виктору Гвоздицкому на момент премьеры, к весне 2007-го, должно было исполниться 55. Но не исполнилось. В феврале его забрали в больницу с сердечным приступом, пережить который артист не смог.
Верный служитель сцены, в кино Виктор Гвоздицкий почти не играл. На его единственный литературный вечер в Большом зале Петербургской филармонии в феврале 2003 года собралась знавшая его по театральным ролям особая публика. Перед ней Виктор Васильевич читал фрагменты из своих сценических монологов – из Лермонтова, Бабеля, Цветаевой, чьей строкой – «Когда-нибудь в старинных мемуарах» и назвал свою программу.
О. Р.
