«Вечерний Ленинград», 26 сентября 1969 г.

НА СЦЕНЕ — «ГЕВАНДХАУЗ»

Страной классической музыки считалась всегда Германия, поэтому с таким большим интересом восприняли ленинградцы приезд старейшего лейпцигского оркестра, коллектива, являющегося одновременно преемником старой немецкой культуры и посланцем вставшей под знамена мира и социализма Германской Демократической Республики. Все это обусловило и предопределило восторженный прием, который был оказан «Гевандхаузу» вчера в Большом зале Филармонии.

Больше всего поразило исполнение «Гевандхаузом» Си-минорной сюиты Баха для флейты, клавесина и струнного оркестра. Поразило потому, что перед слушателями возник подлинный Бах, в котором не было ни тени академической сухости или скучного глубокомыслия. Мы впервые услышали простого, веселого, естественного, как сама жизнь, Баха. Впервые стало до конца ясно, что Бах — немецкий народный композитор.

В этом заслуга дирижера оркестра Курта Мазура, исполнившего партию клавесина. Под его руководством выявилась танцевальная природа сюиты. Бах был им раскрыт как великий мелодист. Верные и ритмически упругие темпы, отсутствие аффектации и манерности в исполнении, пластичность в трактовке бурре и менуэта, легкая и изящная звучность в последней части сюиты — все это сделало произведение чрезвычайно доступным для публики и цельным по форме.

Думается, не одному слушателю, сидевшему в зале, почудилось, что, вероятно, вот так просто и непринужденно игралась во времена И. С. Баха эта сюита под управлением автора. Прекрасно исполнена была партия флейты Хайнцем Хортчем. Мелодическая линия его инструмента органически вплеталась в музыкальную ткань струнных.

В исполнении Седьмой симфонии Бетховена раскрылась новая сторона дарования Курта Мазура: он прочел одну из самых демократических и оптимистических партитур композитора со страстью и увлечением. Перед слушателями возникла картина подлинного народного веселья.

Вдохновенно и поэтично прозвучала увертюра «Леонора» № 3 Бетховена. Глубокое проникновение в ее динамическую драматургию обеспечило дирижеру возможность показать силу и мощь бетховенских контрастов, нарастаний и внезапных спадов звучности.

Программу концерта увенчала увертюра к вагнеровскому «Тангейзеру». Возвышенный и строгий хорал (хор пилигримов) сменился вакханалией, в которой выявилась тончайшая техника оркестра. В двукратном проведении героической темы была показана выразительность скрипичного пения. Задумчиво прозвучал в среднем эпизоде солирующий гобой. И после того, как оркестр блестяще изобразил неистовство и ниспадение вакханалии, снова раздались звуки первоначального хорала — трубы и тромбоны. Заключительный хорал запел, прославляя духовную чистоту человека.

В программу концерта вошло современное произведение Зигфрида Курца — молодого талантливого композитора из Дрездена, автора известного Концерта для трубы с оркестром и двух симфоний. Его творчество было представлено трехчастным Фортепианным концертом.

Музыка Концерта порадовала энергичным напором, мужественностью и техническим мастерством, однако показалась несколько суховатой. Соединив рояль с медными духовыми инструментами, композитор построил первую часть на додекафонной технике. В этой части улавливаются многочисленные тематические преобразования, ощущается суровая терпкость звучания, тем не менее содержание представляется несколько абстрактным. Удачно начало и в особенности конец части: замирающие звуки фортепиано соединяются с низкими звуками арфы и литаврами.

Во второй части разворачивается диалог рояля со струнными. После широкого мелодического развития наступает кульминация темы, после чего звучность становится фантастической (арфа, челеста, фортепиано). К концу эта часть как бы растворяется в тихом аккорде из двенадцати нот.

Финал Концерта уводит слушателя в область сугубо современных ритмов. Причудливые, неправильные, как бы все время спотыкающиеся, они наводят на представление о мигающих рекламных огнях, вызывают ощущение многообразия движения и многоликости большого города.

Говоря о Концерте Курца, необходимо отметить превосходного пианиста Гюнтера Коотца, показавшего блестящую мелкую технику, красивый звук и обладающего редким чувством ритма. Нельзя не отметить также высокое мастерство Курта Мазура, овладевшего столь трудной партитурой.

«Гевандхауз» существует двести двадцать шесть лет. За его пультом после Иоганна Адама Гиллера, основателя оркестра, стоял Феликс Мендельсон-Бартольди, знаменитый композитор. Затем им руководил Артур Никиш, первый исполнитель Шестой симфонии П. И. Чайковского. После него этим оркестром дирижировали прославленные дирижеры Бруно Вальтер, Герман Абендрот и Франц Конвичный.

«Гевандхауз» имеет образцовую школу и славные традиции. Более всего изумляет в этом превосходном оркестре струнная группа, свойственное ей замечательное чувство ансамбля.

Сентябрьский концерт в городе Ленина был не только праздником искусства. Напомнив о давнишних связях между двумя культурами, русской и немецкой, закрепив эти связи, он явился праздником солидарности двух музыкальных стран — Советской России и дружественной Германской Демократической Республики.

Д. Толстой, композитор