«Ленинградская правда», 19 декабря 1970 г.

ВОСПЕВАЯ ВЕЛИЧИЕ ЧЕЛОВЕКА

«ПИСАТЬ поэтично — не могу, я не поэт. Не могу распределить краски столь искусно, чтоб они создали свет и тени — я не живописец. Даже не могу жестами и пантомимой выразить свои чувства и мысли — я не танцор. Но все это я могу сделать с помощью звуков — я музыкант». В мудрости этих гордых слов Моцарта убеждаешься всякий раз, когда соприкасаешься с музыкой, которая «говорит». Таков 13-й квартет Д. Д. Шостаковича, на днях впервые исполненный Государственным квартетом имени Бетховена в Малом зале Филармонии.

И дело здесь не в доступности музыкального языка, а в общезначимости, важности эмоций и мысли, за ними стоящей. Образная сфера нового сочинения Шостаковича в значительной степени восходит к блоковскому вокально-инструментальному циклу и 14-й симфонии: это раздумья о краткости человеческого века и страстное желание воспеть красоту и величие человеческого духа, утверждающего себя вопреки неумолимым законам природы.

13-му квартету присуща особая приглушенность, почти интимность высказывания (сочинение посвящено известному альтисту В. В. Борисовскому, в течение четырех десятилетий игравшему в квартете имени Бетховена). Это как бы негромкая, доверительная беседа четырех на сокровеннейшие темы. В ней каждый голос индивидуализирован, но особая значимость придана партии альта (превосходно проведенной Ф. Дружининым). Альтист начинает, и его же выразительным монологом, оканчивающимся непривычной для альта высочайшей нотой, подхваченной всеми инструментами, завершается сочинение.

В своей музыке Шостакович никогда не идет от заданной конструктивной схемы. И вот вслед за семичастным 11-м и двухчастным 12-м перед нами — одночастный 13-й квартет, в котором эпизоды элегического склада соседствуют с музыкой острой, а временами и гротесковой.

Поставленные в программу концерта два других квартета композитора: 1-й (написанный более 30 лет назад) и 12-й вместе с новым сочинением образовали некое и стилистическое, и смысловое единство.

С. Волков