«Вечерний Ленинград», 22 марта 1972 г.

КОНЦЕРТНОЕ ОБОЗРЕНИЕ

В БОЛЬШОМ ЗАЛЕ ФИЛАРМОНИИ

В 1935 году в Ленинграде состоялся Международный фестиваль искусств. Солистом в одном из симфонических вечеров выступил тогда мало кому известный студент Московской консерватории Тихон Хренников.

…На эстраду Большого зала Филармонии вышел невысокий юноша с приветливым, открытым взглядом, чем-то похожий на былинного добра молодца, уверенно, по-молодецки лихо и в то же время проникновенно сыграл свой Первый фортепианный концерт. И — произвел сенсацию.

Минуло тридцать семь лет. В Большом зале Филармонии — авторский вечер народного артиста СССР Т. Н. Хренникова. В программе широко известные, многократно исполнявшиеся сочинения — Первая симфония, Скрипичный и Виолончельный концерты, популярные фрагменты из музыки к шекспировскому «Много шума из ничего». А самое интересное — новый Второй фортепианный концерт, который сразу же после московской премьеры автор исполняет в Ленинграде.

Играет Т. Н. Хренников по-прежнему великолепно, задорно, темпераментно, красивым, разнообразным звуком. Что же касается самого сочинения, то оно, сохраняя типичные свойства хренниковского творчества — открытость чувства, жизнеутверждающий тонус, стремление к ясности, простоте и в языке музыки, и в композиции целого, — заключает в себе и черты симптоматично нового. Новизна ощущается уже в начальной теме, одноголосно излагаемой роялем и использующей все 12 звуков октавы, — для композитора эта тема необычно сложна, обострена. Основное «интонационное зерно» сохраняется и в дальнейшем, получая новое развитие в заключительном разделе концерта, где звучит этот мотив и тревожно, и подзадоривающе.

Непривычно для Хренникова столь обильное использование полифонии, далека от общепринятой форма концерта. Все эти свежие собственно музыкальные качества воплощают новое в образном мире творчества композитора. Резче стали контрасты, драматичней — общий тонус, развитие — более энергичным, волевым, целеустремленным. Словом, жизнь запечатлелась здесь полнее и динамичнее.

Во главе Академического симфонического оркестра Ленинградской филармонии выступил московский гость Евгений Светланов, в нынешнем году выдвинутый на соискание Ленинской премии. Этому дирижеру всего ближе в хренниковской музыке ее русская распевность, эпический размах, оптимистичность. И эти качества он выявил с убеждающей художественной силой.

В другом концерте заслуженного коллектива республики оркестра Филармонии под управлением А. Дмитриева впервые в новой редакции прозвучала Вторая симфония ленинградского композитора Александра Мнацаканяна. Написанное для струнного оркестра, преимущественно в полифоническом изложении, сочинение это почти лишено изобразительных моментов. Все сосредоточено на глубоком духовном мире героя. Отдаленные связи с армянской песенностью привносят в музыку повышенную страстность. Интенсивная эмоциональность порой даже вызывает ощущение известной однотонности, и тогда хочется, чтобы атмосфера чувств становилась более разреженной.

В МАЛОМ ЗАЛЕ ФИЛАРМОНИИ

Продолжается интересный цикл авторских вечеров. В очередном концерте представлено было творчество трех композиторов — Г. Уствольской, В. Гаврилина и Г. Белова.

Подарком для слушателей оказалась впервые прозвучавшая Третья фортепианная соната Галины Уствольской. Мысль художника строго дисциплинирована — ни одного лишнего звука, заданный звучащий тезис развивается, раскрывая все в нем заложенное. От целого — ощущение большой, мужественной силы духа, разворота поистине эпического. Сонату сыграл молодой пианист Олег Малов, заслуженно пользующийся репутацией одного из лучших в Ленинграде исполнителей современной музыки. Вновь и вновь приходится высказать сожаление, что имя Уствольской редко появляется на афишах.

Валерий Гаврилин, автор знаменитой «Русской тетради», был на сей раз представлен вокальной «Немецкой тетрадью». Эта его работа студенческих лет не утеряла художественной привлекательности: романтические мотивы поэзии Гейне, ее трагизм и саркастичность нашли в музыке живой отклик. «Тетрадь» очень выразительно спел Владимир Ромашин (партия фортепиано — И. Головнева); жаль, что одаренный солист Лен-концерта впервые за много лет вышел на эстраду Филармонии. Среди детских фортепианных пьес Гаврилина (исполнители — З. Виткинд и автор) особенно привлекательны те, что отмечены не частым в музыке юмором.

В вокальном цикле Геннадия Белова «Страницы дневника» на стихи Ольги Берггольц, проникновенно спетом Валентиной Козыревой, более всего запоминаются места, где запечатлены события драматические. Вершинное произведение цикла «Аленушка» своеобразно и плодотворно развивает традицию народной баллады. А вот Соната для скрипки и фортепиано (мастерски сыграли ее М. Комиссаров и М. Карандашова) оставляет впечатление противоречивое: наряду с образами, трогающими своей искренностью (прежде всего в медленной части, где слышны русские народно-песенные интонации), музыка отдельных эпизодов надуманная, суховатая, вязкая. Стоит пожелать, чтобы в этом цикле каждый автор представлял публике наряду с ранее написанными и новое произведение.

Одна из афиш Малого зала оказалась по-особому привлекательной: «Надежда Юренева. Сергей Слонимский». Известный ленинградский композитор выступил здесь в качестве пианиста. Большая программа, позволившая новому ансамблю разносторонне проявить себя, составлена была из классических произведений и сочинений советских композиторов. Заслуживает признательности — в плане и этическом, и художественном — включение в нее забытых образцов вокальной лирики М. Гнесина, В. Богданова-Березовского и, в особенности, превосходных романсов Б. Клюзнера. Что же касается собственно музицирования, то это был действительно ансамбль двух самобытных художников. Будем надеяться, что он окажется прочным и длительным.

[…]

М. Бялик