«Вечерний Петербург», 7 июня 1993

Эхо гастролей

О Сибелиусе – и не только о нем…

Много ли мы знаем о наших северных соседях – музыкантах из Финляндии? Бытует пренебрежительно-снисходительное мнение: Финляндия – страна с почти «нулевой» музыкальной культурой, некая музыкальная провинция, давшая миру немного. Как и всегда, подобное предубеждение основано на невежестве. Убедиться в этом смогли восторженные петербуржцы, посетившие уникальную серию концертов Симфонического оркестра Радио Финляндии под управлением молодого дирижера Юкки Пекки Сарасте, исполнившего в Большом зале Филармонии грандиозный цикл из всех симфоний Яна Сибелиуса.

Грандиозен был и сам замысел – семь симфоний как семь частей единого цикла, семь дней творения мира величественного и неповторимого, столь не похожего в своем первозданном могуществе и неспешности на нетерпеливый мир «среднеевропейской» культуры 2-й половины ХIХ века. Ведь рядом с музыкальным эпосом Сибелиуса стоят такие монументальные явления, как тетралогия Вагнера и цикл из девяти симфоний великого австрийца Антона Брукнера. Кажется, что мир подобных творений не видоизменяется – он пребывает в величественном одиночестве, как природа, космос, Бог…

Столь же грандиозным было исполнение – в игре финского оркестра мы услышали и обжигающее дыхание стихии Времени, и мерную пульсацию Вечности.

Отдельного упоминания заслуживает мастерство музыкантов – в мире сегодня, вероятно, существует еще четыре или пять оркестров, могущих сравниться с оркестром Финского радио. И наслаждение от стройного звучания духовых, от дивного ансамбля струнных, от единства в исполнении всех групп оркестра, подчинявшихся воле дирижера и умножавших ее своим воодушевлением, было огромным.

Эти концерты – событие, равного которому в петербургской концертной жизни в этом сезоне не было. (В прошлых – сравниться с ним могут лишь гастроли Израильского симфонического оркестра, Чикагского филармонического и оркестра Дрезденской штадтскапеллы...)

...И все же – вопросы, вопросы... Почему Петербург – город такой симфонической культуры – уже отвык от прекрасного и слаженного оркестрового звучания, от воодушевления и горячего участия в исполнении всех музыкантов, сидящих в оркестре? Почему для финских музыкантов приезд в Петербург – столь значительное событие, что его снимает ТВ Финляндии, а для нашего заслуженного коллектива республики выступление в стенах «родного» Большого зала – обыденное явление?

Почему в небольшой Финляндии есть оркестр, посвятивший свою деятельность одному великому национальному композитору, а на просторах необъятной России нет ни одного оркестра, рискнувшего сосредоточиться на неисчерпаемых богатствах русской музыки?

И вообще, почему интеллигентному человеку всегда стыдно назвать себя патриотом?

В заключение – сценка из жизни. После концерта журналистка из Финляндии берет интервью у прекрасно говорящего по-русски английского импресарио, который оказался на этом концерте, и, не догадавшись о «национальной принадлежности» своего собеседника, задает ему «провокационный» вопрос: «Скажите, а у вас, у русских, существуют оркестры с такой высокой музыкальной культурой?» Ответ был: «Вы знаете, меня как англичанина всегда поражает высокий уровень оркестрового исполнения у русских – и то, как напрямую он связан с оплатой».  Растерянная журналистка: «Thank you...»

Ольга Скорбященская