Пресса
«Смена»
О концертах 20 и 22.01.1995 в БЗФ«Смена», 26 января 1995
Музыка ясная, как кристалл
Известно, что музыка способна рассказать не только о личности, но даже о возрасте исполнителей – его услышишь в звуке и манере музицирования как певца, так и инструменталиста. Игра молодого пианиста, лауреата последнего Международного конкурса имени Чайковского Николая Луганского может ввести в заблуждение – она гораздо «старше» его самого. Ее не назовешь красочной или приподнято-романтичной, излучающей обаяние и теплоту, в ней нет того, что именуется «кураж». За роялем – музыкант-интроверт, сдержанный и сосредоточенный. Кажется, что он владеет не только своим инструментом, но и самой музыкой (а не музыка им). Пианист держит внимание зала, и как опытный оратор, умеет высказать главную мысль голосом тихим и значительным... Таким запомнили Луганского те, кто слушал его недавние выступления в Большом зале Филармонии (один концерт – сольный, другой – с заслуженным коллективом симфоническим оркестром Филармонии, дирижер – Равиль Мартынов).
Молодой артист с высоким лбом и внешностью студента-математика располагает к себе серьезным отношением к музыке и инструменту. Николай Луганский дарит вам особое ощущение сочинения: «Я держу всю сонату, как яблоко на ладони», – мог бы повторить он, перефразируя известное изречение композитора-классика. Безупречно выстроенная и продуманная игра пианиста сродни точно и тонко вычерченному узору правильных симметричных линий, а музыкальная фактура, какой бы сложной она ни была, как будто высвечена изнутри, ясна и прозрачна, как кристалл.
Развитый слух, аналитический ум теоретика… Кажется, что Луганскому особенно удались бы произведения Баха, Регера, Хиндемита или Шостаковича с ярко выраженным интеллектуальным началом, но он предпочел в концерте музыку открыто эмоциональную – Чайковского, Скрябина, Рахманинова, и она прозвучала убедительно. Хороши были мощные крещендо финалов и хрупкая лирика медленных частей.
Наверное, исполнительский стиль Николая Луганского близок не всем, и кто-то назовёт ясность – сделанностью, а неброскую манеру игры – бледной и холодноватой. Однако уже не в первый раз концерты Луганского собирают в Петербурге полные залы. И если сразу после конкурса, минувшим летом, внимание к пианисту было скорее любопытством, то теперь это явный интерес.
«Романтики все куда-то подевались», – с огорчением говорили на конкурсе. Но, может быть, прав был один из московских обозревателей состязания, который заметил: «А что, если крепкая, качественная, профессиональная и во многом рациональная игра – именно то, что нужно современной аудитории, живущей в мире, где все больше ценятся деловые качества, умение действовать четко, быстро и слаженно... где труднее всего живется тем, кто позволяет себе отдаваться эмоциям, переживаниям и страстям?»
Новые времена – новые песни...
Ольга Гладкова