«Санкт-Петербургские ведомости», 1 марта 1995

Ловушка для вундеркинда

Все чаще на афишах филармонических концертов среди мастеров появляются имена совсем юных исполнителей. И если еще несколько лет назад это вызывало повышенный интерес слушателей, изумление и восхищение талантом маленьких музыкантов, то нынче выступления детей становятся чуть ли не нормой. В чем причины такого бурного и раннего развития? И так ли уж это хорошо? Ведь не всегда подающий надежды в детстве становится выдающимся музыкантом. Мы беседуем с одним из авторов программы «Виртуозы 2000 года» художественным руководителем Малого зала имени М. И. Глинки Натальей Ереминой. Напомним, что программа ставит своей задачей не только найти одаренных детей, но и помогать им на всем протяжении обучения, предоставлять наилучшие условия для проявления и воспитания таланта.

– Да, действительно, времена, когда на вундеркиндов смотрели как на «вундеркиндов», то есть «чудо-детей», минули. Когда-то выступления маленьких виртуозов, проникающих своей музыкой в самую душу взрослого человека, вызывали ощущение какой-то оторопи, явления, не подвластного уму. С той поры «плеяды вундеркиндов» прошло около десяти лет. И филармонические афиши буквально запестрели именами талантливых детей. Детей, выступающих наравне с маститыми музыкантами в сольных концертах, слаженно работающих в ансамблях, объединившихся в оркестры, готовые поспорить с некоторыми взрослыми коллективами. У слушателей появилось доверие к ребенку-музыканту, основанное не на умилении и снисхождении. Юные артисты легко вошли в систему зарубежных гастролей, стали ездить за границу, приглашать коллег-музыкантов к себе. И, как само собой разумеющееся, раздавать автографы после выступлений. Забавно и трогательно видеть, как молодой человек, еще по-юношески неуклюжий, надписывает программку со своим именем пожилой заслуженной любительнице музыки. …Забавно и трогательно.

– И все же чем объяснить такой расцвет детских талантов?

– Первое, что приходит на ум: действует закон сохранения «материи», по которому образовавшаяся пустота немедленно заполняется. В течение минимум двух десятилетий уезжали из нашей страны музыканты. Не только звезды мировой величины, чей уход сопровождался болезненно-скандальной шумихой, а просто хорошие профессионалы, работавшие в оркестрах, учившие детей в музыкальных школах, училищах. Это был массовый «отлив» музыкантских сил за рубеж. Многие уезжали по контрактам и потом не забывали регулярно возобновлять их, не возвращаясь в Россию. Другие ехали в никуда, надеясь на счастье, и находили пристанище. На их места приходили музыканты более молодые, менее опытные. Качество страдало, но не слишком заметно – школа была хорошая – и даже со временем достигало своего прежнего уровня. Вновь «выбивало» из нашей жизни музыкантов, и вновь пустующие ряды заполнялись «новобранцами». Музыкальная культура поправлялась после потерь, восстанавливала силы, и начинался новый виток уже известного процесса. Он продолжается и до сих пор. Но пока еще равновесие, где на одной стороне – зрелость, опыт и мастерство, а на другой – только даровитая молодость, катастрофически не нарушено. Еще живы и работают большие артисты, блистательные педагоги. Они берегут традиции, обучают молодых, передают им законы Школы. Но уже недалеко то время, когда чаша весов непоправимо сдвинется. Уйдут мастера, и молодые останутся наедине с собой. А это хорошо только на дискотеках и тусовках. Культура жива традициями, а традиции покоятся на опытных плечах. Поэтому и смотрим мы на наше молодое поколение с тревогой и надеждой, поэтому охотней и смелее даем им возможность показать себя. Хоть иногда и преждевременно.

– Наши федеральные программы, поддерживающие начинающих музыкантов, «Новые имена» (московская) и «Виртуозы 2000 года» (петербургская) уже завоевали признание, авторитет своими серьезными намерениями, прекрасными артистическими силами, которые помогают осуществлять программу.

– Да, обе программы работают уже пять лет. И задача – создать все условия для активного творческого развития талантливых ребят, способствовать правильному росту их карьеры. «Новые имена» при правительственной поддержке учреждали стипендии, вывозили ребят на гастроли – Ватикан, Рим, Нью-Йорк, Вашингтон. «Виртуозы 2000-го» при содействии комитета по культуре мэрии Санкт-Петербурга приглашали молодых артистов из Рима, Нью-Йорка, Вены к себе на фестиваль, создали свой «Виртуозы-квинтет», Молодежный камерный оркестр имени Чайковского. Обе программы обеспечили «птенцов» всеми условиями для радостной творческой жизни. И хотя процесс развития каждой из них идет сегодня своим путем, все же материнская забота никому еще не мешала – в разумных дозах, конечно.

– А нет ли здесь еще и очередной моды – в данном случае на концертирующих детей-музыкантов?

– К сожалению, такое опасение существует. Стали появляться многочисленные программы. Среди них есть действительно серьезные, настоящие, уже принесшие много добра и пользы, как, например, программа петербургского отделения Фонда культуры «Юные дарования России». (Я не говорю уже о многолетней, бесконечно важной работе детской секции Союза композиторов, базирующейся на иной основе, заложенной в прошлые времена).

И тем не менее при всем идиллическом отношении к заботящимся о детях растущее количество этих программ вызывает тревогу. Теперь каждый «взрослый» фестиваль считает необходимым включить в свою афишу концерты юных дарований. Появляется ощущение, что, как по пословице, «не место красит человека, а человек место» – не детям помогают, а дети становятся неким гарантом благородства, атрибутом качества. С помощью детей обретается престиж, зарабатываются спонсорские симпатии, то есть отчисления. Презентуются названия программ, проектов, которых, по сути, еще и не существует. Соответственно, рассеиваются детские силы, нивелируется сама идея, теряя цельность, остроту и праведность. И спонсорам, людям, желающим помогать культуре, трудно ориентироваться.

Появилась реальная опасность, что благородная задача станет уловкой для не всегда достойного или профессионального осуществления поставленных целей. Дать заслон этому невозможно, как невозможно предотвратить появление все новых и новых фестивалей. Ведь дорога проторена, преимущества видны, трудности незаметны.

– Что же делать? И каковы последствия этой лавины программ и фестивалей?

– Роль своеобразного «фильтра» может сыграть экспертиза комитета по культуре, привлекающего к себе в помощь известных музыкантов, способных верно оценить ту или иную ситуацию. Там же, на мой взгляд, может быть и центр, дающий квалифицированную информацию о существующих акциях тем, кто выражает желание им содействовать, в первую очередь, спонсорам. Тогда, возможно, создастся максимально благоприятный климат для развития и старых, и новых программ, которые хотят грамотно и бережно помогать талантливым детям.

Но можно надеяться еще вот на что. За прошедшие десять – пятнадцать лет на моих глазах уже выросло целое поколение талантливых ребят, заслуженно пользовавшихся поддержкой заинтересованных взрослых. Сегодня они сами стали взрослыми. Какое-то время они, конечно, будут резвиться, наслаждаясь обретенной самостоятельностью и свободой, а потом ощутят бремя ответственности, оценят вложенное в них и встанут в наши ряды. Чтобы заботиться о своем будущем, о нашем завтра.

Беседу вела Е. Давыдова