«Вечерний Петербург», 26 марта 1996

Узнаваемый Успенский

Авторский концерт композитора Владислава Успенского состоялся недавно в Малом зале Филармонии.

После концерта друзья поздравляли композитора с успехом, и кто–то из критиков заметил: «Не знаю, всем ли коллегам-мужчинам близка ваша музыка, но уверен, в зале не было ни одной женщины, которая осталась к ней равнодушна». В этом вполне светском комплименте прозвучала искренняя похвала. Успенский всегда был и остается прежде всего лириком, романтиком. Он вовсе не стесняется интимности интонации, что придает его музыке некую незащищенность и чувствительность, которую мы, колючие и благополучные, пытаемся в себе изжить или стыдливо спрятать.

Путь Успенского к слушателю остается неизменно эмоциональным. В этом композитор старомоден. В нем спрятаны хорошие манеры и элегантность, привязанность к гармонии, красоте, наконец, к устоям. В книге «О лирике» замечательный петербургский литературовед Лидия Гинзбург определила элегическую поэтику как «поэтику узнавания», где «традиционность является одним из сильнейших поэтических средств». И в этом смысле Успенский узнаваем: в интонациях, их сплетениях, в чувствах ими выраженных. Он узнаваем в жанрах и названиях сочинений, прозвучавших в концерте, принципиально традиционных, от которых веет ностальгическим: прелюдии, рапсодии, Романс, Молитва, «Монологи о любви», «Дифирамб любви». Не знаю, кто решится сегодня писать об этом так просто и традиционно. И лишь в пьесах «Состояния» для флейты соло, исполненных молодым флейтистом Александром Сухоцким, вдруг показался другой Успенский, легко, играючи владеющий авангардным стилем письма, из которого, впрочем, все равно прорываются искренние чувства.

Искренность задала и тон интерпретации музыки исполнителям, принявшими участие в концерте. Это пианисты Ирина, Марк и Кира Таймановы, Полина Осетинская и Алексей Гориболь, скрипач Михаил Гантварг, певицы Тамара Сморякова и Люцина Казаченко, тромбонист Максим Игнатьев, гитарист Антон Кудрявцев, оркестр Равиля Мартынова и хор Алима Шахмаметьева. Большинство из них с композитором связывает не только творческая, но и обычная человеческая дружба. Наверно, потому что Успенский – это человек, которому хочется искренне улыбаться.

И. Воронина