Фельцман Оскар Борисович – композитор.

Уже в пять лет одессит Оскар Фельцман решил стать музыкантом. Так, по крайней мере, рассказывал сам композитор. Начинал, разумеется, с классики: сначала учился на скрипке у легендарного педагога Петра Столярского, затем на фортепиано у не менее известной Берты Рейнгбальд. Сочинять начал рано, с шести лет, а в Московскую консерваторию приехал поступать уже на композиторский факультет, в свой класс его возьмет Виссарион Шебалин.

Выпускные экзамены Фельцман успевает сдать весной 1941-го, перед самой войной. Одновременно с дипломом он получает невероятное для двадцатилетнего музыканта назначение на пост председателя Сибирского отделения Союза композиторов. Именно там он встретится с эвакуированными в Новосибирск музыкантами Ленинградской филармонии. 10 мая 1942 года в концертном зале Новосибирска проходит «творческий самоотчет Заслуженного коллектива Республики симфонического оркестра Ленинградской филармонии». В пестрой программе, предполагающей возможность исполнить соло для артистов разных групп, звучит и специально написанная по этому случаю «Поэма для группы альтов и фортепиано» Оскара Фельцмана. Больше филармонические музыканты его музыку играть не будут, а сам композитор найдет себя в иных жанрах.

В своей страсти к «легкой музыке» Фельцман признавался с юности. Разучивая для концертов и экзаменов Бетховена и Брамса, сам заслушивался мелодиями Дунаевского из популярных тогда фильмов «Цирк», «Веселые ребята»… Еще в Новосибирске он познакомился с Леонидом Утесовым, который приезжал с гастролями в Сибирь во время войны. Сочинив первую песню – «Теплоход», Фельцман позвонил ему и попросил послушать. Утесов сразу же взял песню в репертуар, стал исполнять в концертных программах и на радио. Так началась слава Фельцмана-песенника.

Сколько всего вышло хитов из-под пера композитора, он и сам не помнил, где-то около полутора тысяч! Прожив долгую жизнь, Оскар Фельцман «снабжал» шлягерами артистов разных поколений – Кобзона и Магомаева, Хиля и Лещенко, Пугачеву, Пьеху и Ротару, Аллегрову и Осина. Его «Ландыши» пели на десяти языках, а «Четырнадцать минут до старта» до сих пор остается неформальным гимном российской космонавтики…

Как ни странно, в советское время, когда вечера «легкой музыки» в Ленинградской филармонии были отнюдь не редкостью, особенно в праздничные ноябрьские и майские дни, песни Оскара Фельцмана здесь звучали редко. В филармонической афише фамилия «Фельцман» часто упоминалась в связи с сыном Оскара Борисовича – замечательным пианистом Владимиром Фельцманом, который играл в Большом и Малом залах сначала как гастролер из Москвы, а затем, в новейшие времена, как американский музыкант.

Сам Оскар Фельцман вышел на сцену Большого зала лишь дважды в марте 1972 года, исполнив свои популярные песни в вечере поэтов и композиторов двух столиц.

О. Р.