«Невское время», 23 декабря 2000

Блистательный Петербург внимает блистательной музыке

В юбилейной концертной серии Андрея Петрова состоялся главный симфонический вечер. На открытии фестиваля «Рождественские встречи в Северной Пальмире» давно не дирижировавший в родной Филармонии Юрий Темирканов исполнил программу из сочинений композитора, в которой была и примечательная новинка – только что написанное сочинение под названием «Блистательный Санкт–Петербург», музыка для оркестра.

Град Петров не раз был воспет Петровым – в балете «Пушкин», опере «Петр Первый», Симфонической поэме памяти погибших в ленинградской блокаде, оперетте «Мы хотим танцевать», песнях. Ждали некоего обобщения былого, знакомого. Но новая партитура оказалась для композитора совсем новой. В ней две части – La Valse и La Marche; начало каждой торжественно-величавое, словно пропилеи перед Смольным. Но далее возникшая широкая мелодия как-то съеживается, светлые гармонии и тембры уступают место созвучиям деформированным, колючим, восхищение красотой причудливым образом соединяется с болью и иронией, картины пушкинского Петербурга чередуются, нет, загадочно сливаются (как о том пишет в аннотации автор) с пейзажами «зловеще-таинственного Петербурга Достоевского, тревожно-загадочного – Блока, сумрачно-инфернального – Андрея Белого». Эта музыка создана рукой мастера убежденного, точно знающего, чего он хочет. И страстное желание возродить постоянно нарушаемую гармонию становится смысловым лейтмотивом опуса.

В концерте прозвучали и давно знакомые произведения: Вокально-симфонические фрески «Петр Первый», предшествовавшие появлению одноименной оперы, и с особой ностальгической теплотой принятая публикой Сюита № 3 из балета «Сотворение мира». Под эту полную очарования и лирической глубины музыку в памяти возникали эпизоды одного из лучших хореографических спектаклей, рожденных на Мариинской сцене, и пробуждалось чувство досады, что не идет он нынче.

Некогда Темирканов дал жизнь этим произведениям. И поныне никто не интерпретирует их так, как он. Его жгучий темперамент, его артистическая манера, сочетающая властность и гибкость, как нельзя лучше соответствуют стилю музыки Петрова. И прямо-таки восторженно был принят сыгранный дважды на бис оркестровый парафраз песни из фильма «Человек–амфибия». Маэстро был, как говорится, в ударе, и его заслуженный коллектив России академический симфонический оркестр Филармонии, как и студенческий хор Консерватории (руководитель Валерий Успенский), детский хор телерадиокомпании «Петербург» (руководитель Станислав Грибков) и солист Мариинского театра Григорий Карасев музицировали с горячим увлечением. Ну а собравшийся на концерт «весь Петербург» воспринимал услышанное с энтузиазмом.

Михаил Бялик