Рабинович-Бараковский Александр Ильич – пианист, композитор, дирижер.

Сочинения Александра Рабиновича неоднократно звучали в Малом зале Петербургской филармонии в исполнении его друга и страстного популяризатора новой музыки Алексея Любимова. Когда-то, еще студентами, они вместе впервые «промолчали» перед советской публикой провокационное «4'33''» Кейджа в зале Московского Союза композиторов, а сам Рабинович был одним из первых в стране исполнителей Айвза, Булеза, Штокхаузена. Позднее он разочаруется в авангардистах, назовет их власть в музыке «тоталитарным строем, не лучше большевистского», и играть их сочинения категорически откажется («просто я не играю музыку диктаторов»). Как композитор вернется к тональной музыке, правда, на новом витке ее существования, соединяя в своих сочинениях романтические паттерны с приемами минимализма. Опусы Рабиновича исполнялись в концертных залах Цюриха, Мюнхена, Парижа, Зальцбурга, Чикаго, Токио.

«Его композиция представляет собой аналог психоаналитического погружения, при котором человеческие травмы излечиваются благодаря укрупненным и сфокусированным исследованиям процессов, скрытых в психике», – говорит про музыку Рабиновича Любимов. «Излечиваться» готовы не все, российская публика дважды встречала произведения Рабиновича вовсе не аплодисментами: скандалами с уходом музыкантов со сцены сопровождались концерты 1989 года в Ленинградской консерватории (эта история подробно описана в биографии Марты Аргерих) и в 2002-м в Московской консерватории. Публика Петербургской филармонии, впрочем, в подобном поведении замечена не была.

Он родился в Баку, в консерватории учился в Москве в композиторском классе Дмитрия Кабалевского (1968), в 1974-м эмигрировал в Европу – сначала во Францию, затем в Швейцарию. Много выступал как пианист. И, хотя сам Рабинович уверяет, что исполнительских амбиций никогда не имел, а играл исключительно из материальных соображений, безоговорочное признание он получил именно в этой области.

Рабинович записывал сольные пластинки – Брамса, Листа, Шуберта, Шумана, выступал в ансамблях с Филиппом Хиршхорном, Дорой Шварцберг, Наталией Гутман, Мишей Майским. Но главным его партнером по сцене (а долгое время и в жизни) стала пианистка Марта Аргерих.

Вместе они приезжали и в Большой зал Петербургской филармонии. В конце 1991 года здесь прошло два вечера фортепианного дуэта Аргерих-Рабинович. Пианисты исполняли Моцарта, Шуберта, Рахманинова, Равеля, Мессиана, в оба вечера включили и по одному сочинению самого Рабиновича: 13 декабря – “Music popular”, на следующий день – «Песни любви».

Марта Аргерих играла как солистка и в программах Рабиновича-дирижера. За пультом он начал выступать с начала 1990-х, сам исполнял фортепианные концерты Моцарта, руководя оркестром из-за рояля, дирижировал собственной музыкой. Однако в этом амплуа музыкант в Петербургской филармонии не появлялся.

О. Р.