«Ленинградская правда», 1 июня 1972 г.

НОВЫЕ ВСТРЕЧИ С КЛИБЕРНОМ

КОНЦЕРТОВ Вана Клиберна ждали давно. Семь лет прошло со времени последнего его приезда. За эти годы на музыкальном горизонте появилось немало новых имен, но, пожалуй, трудно назвать пианиста, чье искусство вызывало бы столь широкий и постоянный интерес. Какая-то особая гармоничность, артистическое обаяние присущи его художественному облику. И сегодня вновь он властно увлекает слушателей вдохновенным полетом фантазии, глубиной и ясностью мысли, неожиданно смелыми, хотя порой и спорными художественными решениями.

Программы двух выступлений в Большом зале Ленинградской филармонии были разнообразны и интересны. В первом — концерты для фортепиано с оркестром — Пятый Бетховена, Грига и Первый Чайковского. Сольный концерт включал произведения Брамса, Бетховена, Шопена и Дебюсси.

Еще в незабываемые дни Московского международного конкурса мы познакомились с клиберновским концертом Чайковского, который он и ныне играет с юношеской влюбленностью, импровизационной непосредственностью. Радость открытия чувствуется в каждой фразе, словно произносимой им впервые. Архитектоническая целостность сочетается у него с отточенностью деталей, яркость контрастов, сочность звуковой палитры с одухотворенной поэтичностью. Образным богатством была насыщена грандиозная каденция первой части, с душевной чистотой прозвучала лирическая вторая часть. И, наконец, превосходное ощущение масштабности замысла концерта, симфонизма его драматургии, столь последовательно раскрытого солистом совместно с оркестром Ленинградской филармонии под управлением Кирилла Кондрашина.

Исполнительская концепция Клиберна концерта Чайковского неповторимо индивидуальна. В ней своя логика, свои закономерности, рожденные чутким постижением содержания самой музыки. Она по праву может стоять в ряду других самых выдающихся интерпретаций этого произведения.

Иногда же трактовки артиста поражают своей неожиданностью. Так, при известном разночтении все выдающиеся пианисты прежде всего подчеркивают героический характер Пятого концерта Бетховена, мужественные образы, исполненные неукротимой энергии. Клиберн же трактует этот концерт более камерно. Приглушает героико-праздничные образы, отказывается от ораторской властной интонации, а вслед за тем и величаво-философскую лирику окрашивает в нежно-задумчивые тона.

То, что у Клиберна свой последовательный подход к Бетховену, подтвердила и соната № 23 — «Аппассионата» для фортепиано, исполняемая обычно как «героическая симфония». Она прозвучала в программе сольного вечера Клиберна глубоко сосредоточенно и внутренне едино, но печатью трагической неотвратимости веяло от этой музыки, поведанной по-шубертовски сдержанно.

Там же, где артист дает волю своему чувству, его талант безраздельно покоряет аудиторию. В Четвертой балладе Шопена он достиг тонкого единства в передаче классической стройности композиции с романтической одухотворенностью высказывания, а в ми-мажорном ноктюрне — благородной простоты. Одно из самых ярких впечатлений концертов — прелюдии и этюд Дебюсси, исполнение которых отличало красочное разнообразие звучания инструмента и пластическая гибкость темпоритмов.

После каждого из концертов Клиберн щедро бисировал, отвечая на продолжительные овации, в которых слились воедино давняя любовь к герою Первого конкурса Чайковского с благодарностью за радость новых встреч с большим искусством.

А. УТЕШЕВ