«Вечерний Ленинград», 21 февраля 1976 г.

ПРОЗВУЧАЛИ ВПЕРВЫЕ

Первый концерт-премьера состоялся в прошлом сезоне и, видимо, не разочаровал слушателей. Ибо и на втором подобном концерте, проведенном вчера, зал Академической капеллы имени М. И. Глинки был полон, и снова царила атмосфера искренней, живой заинтересованности. В серии вечеров новой советской музыки, организуемых в канун XXV съезда КПСС и съезду посвященных, концерт-премьера, безусловно, — один из самых примечательных.

Программу вечера составили сочинения ленинградских композиторов, разных по творческому стажу, не схожих по стилевой манере. Как и в прошлый раз, их представлял аудитории председатель правления Ленинградской композиторской организации Андрей Петров.

Вечер был открыт исполнением «Волжского сказа о Ленине» Николая Шахматова на стихи А. Чуркина. Композитор стремился воспеть в нем всенародную любовь к вождю революции. Сочинение привлекает своим мелодизмом — привольным, сердечным, естественным. Народно-песенные истоки обогащены мелодической традицией музыки Прокофьева. И в неторопливых крайних разделах «Сказа», и в оживленном, жизнерадостном среднем эпизоде, где «звенят голоса юных ленинцев», напев течет непринужденно, почти везде поддержанный звучанием струнных. Возникает ассоциация с движением водной стихии, а отсюда и более обобщенное представление — о безостановочном течении жизни.

В исполнении «Сказа» с наилучшей стороны проявила себя Государственная хоровая капелла имени М. И. Глинки (художественный руководитель В. Чернушенко), порадовавшая слаженностью и теплотой звучания.

Автор шести симфоний София Чичерина и в сочинениях иных жанров и форм обычно проявляет себя симфонистом: ее музыке свойственны размах, протяженное дыхание, развитая драматургия образов. В каждой из частей ее новой Третьей сюиты для оркестра запечатлен один образ, но они предстают в интенсивном развитии, полно выявляющем заключенные в них выразительно-смысловые возможности. А драматургические связи между частями, когда третья словно продолжает линию развертывания первой, а четвертая — второй, создают ощущение гармонической стройности целого. Решительный приверженец классических традиций, Чичерина пишет музыку искреннюю и органичную в своем движении. Особую эмоциональную насыщенность придает ей одновременное соединение нескольких часто контрастных по своим очертаниям мелодических линий.

Обаятельное сочинение — Каприччио для оркестра Владимира Цытовича, одного из немногих композиторов, которым свойственно тонкое чувство музыкального юмора. У других авторов юмористический эффект нередко достигается пародированием знакомых образцов, цитатным сопоставлением несопоставимого. Природа смешного у Цытовича иная: в заострении мелодического начала, в утрировании ритмики, в неожиданном и парадоксальном сочетании инструментальных красок. Особую привлекательность этому юмору придает почти незаметно осуществляемая смена оттенков: от беззаботного, добродушно-улыбчиво, до едкого, саркастического. Без внешнего копирования, стилизации композитор проецирует в настоящее традицию старинных народных певцов-пересмешников — скоморохов.

Увертюра «Юность» стала дебютом на симфонической эстраде Юрия Симакина, недавно принятого в члены творческого союза. Частенько молодые грешат стремлением казаться «по-взрослому» сложными и самоуглубленными. К чести Симакина, он ищет свежести в простоте. Уже начальная тема увертюры с живой, целеустремленной мелодией струнных, перебиваемой словно бы смеющимися аккордами духовых, определяет общий оптимистический тонус сочинения. Самое симпатичное в музыке этого автора — то ощущение весенней свежести, целомудренности, которое она вызывает в слушателе. Немногословная и собранная по мысли, увертюра отмечена композиционной стройностью, которую обеспечивает ей последовательное применение принципа симметрии.

Второму фортепианному концерту Ореста Евлахова суждено было стать последним сочинением видного композитора и педагога. Автор не успел завершить концерт, и по сохранившимся эскизам его закончил и оркестровал один из лучших учеников Евлахова — Андрей Петров. «О. А. Евлахов очень хорошо понимает великое этическое значение музыкального искусства», — писал в свое время о музыканте его учитель Д. Д. Шостакович и, характеризуя написанные им сочинения, отмечал проявление в них таких качеств, как «яркое мелодическое дарование, очень хороший, безошибочный вкус, тонкая отделка деталей, конструктивная крепость, большой эмоциональный накал музыки». Все эти свойства присущи и фортепианному концерту. Композиторская мысль строго сконцентрирована: по существу из одной звуковой темы вырастают все разнохарактерные образы концерта и их интенсивное развитие. Мудрое мастерство соединяется в музыке с горячим, трепетным ощущением духа современности. Сольная партия концерта темпераментно, приподнято по тону прозвучала у лауреата международного конкурса Анатолия Угорского.

Вечер достойно завершила музыка к пьесе Ж. Ануя «Жаворонок», принадлежащая перу Бориса Тищенко. Драма современного французского писателя посвящена подвигу народной героини Жанны д’Арк, но восхищение ею соединяется здесь с суровой иронией в адрес королевской власти и церкви, предавших Жанну, а затем в тщетной надежде реабилитировать себя провозгласивших убитую ими девушку святой. Три плана пьесы — героику, лирику и сатиру — воспроизводит и музыка. Ярко талантливая и оригинальная, она исполнена внутренней силы и размаха. В замысле этого сочинения по-особому существенна завершающая часть — «Земля». Сурово-величественная музыка рисует образ, наделенный чертами символическими: это земля, истоптанная солдатскими сапогами, обильно политая кровью, но сохранившая, несмотря ни на что, дар рождать новую жизнь. Торжественное заключение — апофеоз, выражающий мысль о бессмертии человеческой жизни, отданной для счастья людей.

Большая и трудная программа концерта была с подъемом исполнена симфоническим оркестром Ленинградской филармонии имени Д. Д. Шостаковича (дирижер — Виталий Катаев). Хочется с удовлетворением отметить, что московский гость часто появляется за пультом на симфонических эстрадах нашего города и сделал уже много полезного в деле интерпретации новых композиторских работ.

Итак, прозвучали шесть музыкальных премьер. Тепло принятые аудиторией, они дали ей возможность ощутить напряженное биение творческого пульса в Ленинградской композиторской организации.

М. Бялик