«Невское время», 4 июня 1998

«Музыкальный Олимп»: море музыки и цветов

«Музыкальный Олимп» – фестиваль особенный. Он обладает особой аурой, создает приподнято-радостную атмосферу, внося в нашу жизнь редкостное ощущение долгожданного праздника.

Эту атмосферу почувствовали все сидящие в тот вечер в Большом зале Филармонии. Открытие фестиваля прошло на славу. Сцена была украшена восхитительными цветочными композициями флориста Ольги Кирюхиной, выдержанными в бело-желтых тонах. Над сценой реяли стяги с золотой эмблемой фестиваля. А на сцене гремели фанфары и заливались трубы: играли увертюру Андрея Петрова «Vivat, Olympus!», написанную специально для фестиваля и вот уже третий год предваряющую первый «олимпийский» концерт.

За пультом стоял Пьер-Доминик, дирижер с двадцатилетним стажем. Он единственный из участников «Олимпа» не отвечал строгим правилам отбора: никогда не участвовал в дирижерских конкурсах и не получал наград. Зато он много работал в странах Восточной Европы, четыре года возглавлял симфонический оркестр в Минске и вообще живо интересуется Россией, оттого хорошо говорит по-русски.

Солировали на открытии: Петр Лаул, петербуржец, лауреат конкурса в Бремене, и Дайшин Кашимото, японский скрипач, постоянный участник фестиваля. Петя, замечательно одаренный пианист с чувствительной душой романтика, трогательно, поэтично и одухотворенно сыграл Первый концерт Брамса. И хотя оркестр скорее мешал, чем помогал пианисту в нелегком деле, слушатели смогли оценить и тонкую, проникновенную интонацию лирических эпизодов, и взрывную, истинно мужскую, энергетику виртуозных моментов.

После концерта, когда поутихла эстрадная горячка, Петя высказался так: «Я очень люблю этот концерт. Тем более что пока это единственный большой концерт в моем репертуаре. Сейчас мне сложно оценивать, как я сыграл, что получилось, а что нет. Просто я очень сильно выкладывался и волновался не из-за того, что открываю фестиваль, а из-за самой игры».

Во втором отделении Дайшин Кашимото исполнил Скрипичный концерт Сибелиуса. За три года участия в фестивалях его стиль претерпел заметную эволюцию, с сожалением заметим, что качество интонирования с годами почему-то ухудшается, а личностного отношения к играемой музыке, индивидуализированности почему-то не прибавляется. И несмотря на то, что Дайшин стал призером почти всех мыслимых скрипичных конкурсов, ему, похоже, придется приобрести еще кое-что: собственную, неповторимую манеру игры и умение глубинно-содержательно «проживать» играемое.

Заключала концерт вагнеровская увертюра к «Нюрнбергским майстерзингерам» – великолепная, мощная, пафосная. Тут уж второй филармонический оркестр развернулся во всю ширь. Правда, слушателей не покидало впечатление, что музыканты, назубок знающие партии этого популярного сочинения, играют как-то сами по себе, дирижер же при них служит не более чем декоративным украшением подиума. Впрочем, не будем обращать внимания на такие «мелочи», ведь главное – это результат, не так ли?

Гюляра Садых-Заде