«Невское время», 11 июня 1998

ИТОГИ ФЕСТИВАЛЯ

Звезды на вершинах «Олимпа»

«Музыкальный Олимп», замысленный как «парад победителей», завершен. Шесть концертов фестиваля, конечно, нельзя назвать равноценными. Фестиваль набирал силу постепенно, и вторая его половина была ярче и удачнее первой. Концерт в Эрмитажном театре с участием Мартина Фреста, замечательной романтичной Дельфин Бардин и Кирилла Кравцова продемонстрировал истинно высокий уровень исполнительства. А американский дирижер Дориан Уилсон – обаятельный симпатяга, раскованный и веселый – всех воодушевил своим темпераментом и непринужденной трактовкой увертюры Гершвина «Американец в Париже». Не только публика – даже оркестранты пребывали в умилительном восторге, немедленно потребовав приглашать Дориана как можно чаще.

В том же концерте под весьма умелый и корректный аккомпанемент Уилсона замечательно выступил наш скрипач Георгий Василенко с Концертом Шимановского, а Коррадо Роллеро исполнил редко играемую Интродукцию и Аллегро Шумана. В том же вечере прозвучала и оркестровая пьеса Антона Сафронова «Пространство длящегося звука», принесшая автору победу на композиторском конкурсе в Безансоне. Изысканная оркестровая партитура, в которой изобретательная тембровая игра и сонорные эффекты и впрямь создавали некое мерцающее статичное звуковое пространство, была прочтена дирижером вполне адекватно по признанию самого Сафронова. Осчастливленный композитор отправился за кулисы благодарить Уилсона, но к нему не так-то просто было пробиться.

Заключительный концерт фестиваля также прошел весьма успешно, Франсиско де Гальвес, хоть и был менее ярок и раскован, нежели Уилсон, выказал себя крепким профессионалом. Победитель сложнейшего токийского конкурса Минь-Он (кстати, на нем же Уилсон получил вторую премию – вот они, превратности конкурсной борьбы!), Гальвес не преминул показать свое владение родным испанским репертуаром. Роскошество ритмов и мелодий «Треуголки» Де Фалья завершили фестиваль пышным оркестровым фейерверком.

Заметим, что на третьем «Олимпе» «русская группа» оказалась необычайно сильной. И Петр Лаул, и Георгий Василенко, и Кирилл Кравцов (уж не говоря о «Терем-квартете») отличились не только великолепной школой, но и масштабностью, значительностью дарования, склонностью к рефлексии, столь ценной для серьезного музыканта. Полагаю, отчасти и благодаря «Олимпу» их вскоре узнает весь мир – ведь на фестиваль приехали музыкальные критики и обозреватели немецких и швейцарских изданий. Во всяком случае, Василенко показал себя стильным уверенным скрипачом, не уступающим «раскрученному» Николаю Цнайдеру, а Кирилл Кравцов вполне выдерживает сравнение с игрой уже зрелого итальянского виолончелиста Энрико Диндо, победителя конкурса Ростроповича в Париже. Что касается Пети Лаула, то он заслуживает особого разговора. Однако не будем предвосхищать события – ведь Пете всего 21 год.

Лариса Волкова, заместитель художественного руководителя Петербургской филармонии:

– За три года «Олимп» завоевал филармоническую сцену, с каждым годом его программы становятся все интереснее. Менее всего понравился первый концерт – дело в том, что за пультом стоял не очень яркий дирижер и не очень интересный музыкант Пьер-Доминик Поннель. Пожалуй, это было единственное «но» на фестивале.

Зато Дориан Уилсон, американский дирижер, оказался просто великолепен. Филармония, конечно же, будет с ним сотрудничать. «Олимп» открыл для нас и скрипача Николая Цнайдера. И вообще, на нынешнем «Олимпе» выступили несколько музыкантов, которых мы обязательно пригласим еще раз: виолончелист Энрико Диндо, пианистка Дельфин Бардин, кларнетист Мартин Фрест. Обязательно будем работать и с нашими петербургскими ребятами – Петей Лаулом, Георгием Василенко, Кириллом Кравцовым.

Нам всем знакомо выражение: «Молодость – это недостаток, который проходит со временем». В данном случае молодость – сила этого фестиваля.

Михаэль Хэфлигер, генеральный директор фестиваля молодых исполнителей в Давосе (Швейцария):

– У «Олимпа» совершенно оригинальная концепция – во всяком случае, в России пока нет аналогичных фестивалей. К тому же он, как фестиваль гибкий и чутко реагирующий на различные тенденции в мире музыки, открывает в своих программах поле для разнообразных экспериментов: пробует новые формы концертирования, сочетает, казалось бы, несочетаемые жанры – как в случае с «Терем-квартетом». Кое-кого из западных критиков шокировало такое смешение академической музыки и её вольных «обработок», я же считаю это положительным эпизодом фестиваля.

Я сам много лет занимаюсь организацией музыкальных фестивалей и вижу, как трудно работать в России. Труднее найти финансирование, еще не отлажен механизм взаимодействия «деньги – культура». Но эти трудности преодолевает фантастическая энергия людей, живущих здесь, в Петербурге. И я очень уважаю их за самоотверженность.

Музыкальная жизнь здесь очень интенсивна, она волнами распространяется по миру. Например, на крупнейшем фестивале в Люцерне в следующем сезоне, наряду с великими Венским филармоническим и Берлинским оркестрами, выступят и Гергиев с Роттердамским оркестром, и Янсонс с Питтсбургским оркестром. А в этом сезоне Люцерн ожидает приезда Темирканова с Петербургским филармоническим оркестром. Фестиваль в Люцерне существует уже 16 лет, это фестиваль с большими традициями. И я рад, что могу способствовать пропаганде русского исполнительства в Швейцарии – с 1 января 1999 года я вступаю в должность генерального директора Люцернского фестиваля.

Антон Сафронов, композитор:

– Я приветствую фестивали, которые в своих программах смешивают как можно больше самой разной музыки и тем ломают лед, образовавшийся между разными «резервациями»: филармоническим исполнительством, современной музыкой, фольклором.... И то, что российская премьера моего сочинения состоялась именно в Петербурге, в Большом зале Филармонии, – редкая удача. Все мне помогали, оркестр сыграл прекрасно, а Дориан – просто молодец. Этот концерт и фестиваль в целом стали одной из важных вех моей жизни.

Кирилл Кравцов, участник фестиваля:

– Ира Никитина делает очень нужное дело: знакомство нашей публики с молодыми музыкантами необходимо, к нам ведь мало кто приезжает. Фестиваль предоставляет возможность оценить уровень европейского исполнительства.

Интеграция исполнительских школ в мире сегодня настолько сильна, что практически стирается понятие «национальной школы». Сейчас различаются только хорошие, очень хорошие и средние исполнители. Все свободно говорят на трех-четырех языках, и национальность исчезает – остается только музыка.

Что касается нас, струнников, то, пожалуй, все западноевропейские музыканты учились или учатся у наших педагогов – у Брона, Либермана, Пергаменщикова, Герингаса. По манере игры поэтому практически невозможно определить, из какой страны музыкант. Весь мир играет в «русском стиле».

Гюляра Садых-Заде