«Труд», 19 сентября 1998

Блеск и нищета оркестра

Получая 160 рублей в месяц, музыканты Юрия Темирканова продолжают удивлять мир

В Санкт–Петербурге открылся новый филармонический сезон. Он пройдет под знаком 60-летия одного из лучших дирижеров ХХ века Юрия Темирканова. Юрий Хатуевич – художественный руководитель и главный дирижер Академического симфонического оркестра Санкт–Петербургской филармонии. В юбилейный комитет приглашены губернатор Санкт–Петербурга Владимир Яковлев, принц Чарльз, барон Ротшильд и другие. Приуроченные к празднованию концерты лучших отечественных и мировых исполнителей пройдут с ноября по январь.

Свой первый концерт в этом сезоне маэстро дал совместно с Виктором Третьяковым, который солировал в Концерте № 2 для скрипки с оркестром Шостаковича. Высшую степень мастерства и изысканность дирижирования продемонстрировал Юрий Темирканов в этот вечер. Он находится в расцвете творческих сил – это факт. Но как оценивает сам маэстро ситуацию, в которой находятся он и его оркестр сегодня? Своими мыслями накануне юбилея он поделился с нашим корреспондентом.

– Самая большая мечта в юбилейном году – чтобы не было юбилея. Я вообще думаю, что в наше время устраивать пышные торжества – безнравственно. Но оказалось, что замечательные музыканты, мои друзья, намерены приехать в Петербург, чтобы отметить мой день рождения. Сказать им: «Не приезжайте», сами понимаете, нельзя. Да и жалко. Собираются быть Гидон Кремер, Барбара Хендрикс, Юрий Башмет, другие блистательные мастера, и я не хочу помешать публике встретиться с ними.

Уже говорят о том, что цена билетов на гала-концерт 10 декабря достигнет астрономических размеров. Это действительно так. Мы решили подобным образом собрать деньги для нашей филармонии. Если уж власть не в состоянии достойно содержать культуру, то мы вынуждены решать проблемы за счет состоятельных людей.

– Каково ваше сегодняшнее отношение к власти?

– Отношение к власти у меня всегда плохое. Всю жизнь. К нынешней власти оно просто отвратительное. У меня есть друзья во власти, но в целом это не меняет моего отношения к ней. Да и как может быть по-другому? Несколько дней назад музыканты нашего, по мнению многих, лучшего в России оркестра пришли за зарплатой и получили по 160 рублей! Это дико, унизительно.

Мы все же открыли новый сезон, который по составленной программе обещает быть даже интереснее прошлого. Но будет ли следующий? Не знаю. Я не настолько оптимист. Если будет оркестр, то мы найдем достойный репертуар. Но будет ли оркестр? Я в этом не уверен.

– Почему?

– Потому что музыканты оркестра – нищие. А я не могу заставить нищих думать о высоком. Нас поддерживают только гастроли. В этом году оркестр выступит в Италии, в том числе в театре «Ла Скала», затем – турне по США с концертами в Карнеги–холл. Но, к сожалению, организовывать зарубежные гастроли становится все труднее. Слишком большие, по нашим меркам, затраты.

– Ваши личные творческие планы в этом сезоне?

– Я попросил освободить меня от должности главного дирижера в Королевском оркестре в Лондоне. Мне кажется, двадцать лет – вполне достаточный срок для сотрудничества. Дело в том, что, работая в оркестре Ее Величества, я не могу выступать с другими первоклассными коллективами. Но лондонцы попросили, чтобы я остался у них в качестве дирижера–лауреата. Существует такое почетное звание.

С 2000 года я начинаю работать главным дирижером в Балтиморском оркестре. Кроме того, буду главным приглашенным дирижером в оркестре Копенгагена.

– Как строится ваш репертуар? Каких композиторов вы любите особенно?

– Любить того и иного композитора или произведение – привилегия слушателей. Музыканты и дирижер обязаны все концерты проводить так, будто именно сегодня они исполняют самые любимые произведения самых любимых композиторов.

– В канун юбилея уместно вспомнить ваш путь на музыкальный Олимп…

– Жизнь моя такая же нелегкая, как у всех детей войны. Родился я в Нальчике, в Кабардино–Балкарии. Музыкой занимался с детства, ходил в музыкальную школу по классу скрипки. Затем меня отправили в Ленинград, определили в интернат для музыкально одаренных детей. Ну а интернат – это не сахар, не то что у мамы с папой. Трудные были годы, но вспоминаю их как очень светлый период жизни. А дальше была работа... Так получилось, что с ранней юности моя жизнь связана с прекрасным городом Петербургом. Я искренне считаю его средоточием всей русской культуры. Дом мой здесь, несмотря на бесконечные путешествия по миру.

Елена Дружинина
Санкт–Петербург