«Вечерний Петербург», 16 марта 1999

Автор одного шедевра

«Честь» имеем. Остальное приложится»

Трудно поверить, но в Мариинском театре эта опера не ставилась более ста лет, хотя она остается одной из самых исполняемых в мире. Образцовое сочинение веристского направления с оригинальным сюжетом, сильными страстями (любовь, ревность, закулисный поединок и смерть – все на фоне праздника Пасхи в сицилийском селении с его суровым кодексом деревенской чести) требует исполнителей высокого класса во всеоружии вокального и актерского мастерства.

Масканьи прожил долгую жизнь (1863–1945), был очень плодовит, но в истории музыки остался композитором именно этой оперы. Интересно, что написанная для объявленного в 1890 году конкурса, опера не была отправлена в комиссию, и лишь жена композитора, понимая значение созданного шедевра, послала ее сама. В итоге опера заняла первое место (знаменитые «Паяцы» Р. Леонкавалло оказались на втором) и с триумфом прошла по Европе. Уже три года спустя она была исполнена в Мариинском театре (дирижер Э. Направник, балетмейстер М. Петипа) и... забыта. Пока теперь, в Большом зале Филармонии «Сельская честь» не предстала перед слушателями – и вновь в исполнении солистов Мариинской оперы.

В оперном творчестве есть понятия – моцартовский, россиниевский, вердиевский, вагнеровский певец. Грайр Ханеданьян, исполнивший партию Туридду, бесспорно, певец пуччиниевский – следовательно, веристский. Хотя творческий диапазон его велик, похоже, что именно в веристском репертуаре он достигает наибольших высот. Его яркий, полетный и сильный тенор захватил аудиторию с первых же звуков. Обжигающая экспрессия его исполнения удивительно подходит к складу этой музыки. Застольная песня, знаменитая финальная ария и дуэт с Сантуццей прозвучали с такой силой и гибкостью, которые обычно нелегко даются крупным голосам.

Цельный характер Сантуццы как нельзя лучше ложится на вокальные данные Валентины Цыдыповой. Несмотря на некоторую тембровую невыровненность звучания, она увлекла аудиторию искренностью исполнения, богатством и тонкостью психологических оттенков. Драматический баритон Виктора Черноморцева, крепко звучащий в центре и с завидной легкостью и блеском покоряющий верхние ноты, артистически свободно и уверенно провел партию Альфио. Эта его роль, как и его же Амонасро в недавней премьере «Аиды», показывают, что певец вступил в новый и многообещающий период своего развития.

Два меццо-сопрано принадлежат к молодому поколению Мариинки. Мзия Ниорадзе в партии соблазнительницы Лолы продемонстрировала хорошую вокальную школу и отличный итальянский язык. Ее красивый, оригинального тембра голос легко заполнял зал. Любовь Соколова спела небольшую партию мамы Лючии осмысленно и со сдержанной выразительностью. Ее богатый, альтового оттенка голос иногда звучал глуховато, но хорошо вписался в ансамбль.

Кстати, об ансамбле. Как легко поддаться искушению и «рвать страсть в клочья» в этой музыке, где накал страстей так велик. Дирижеру Леониду Корчмару удалось избежать крайностей эмоционального надрыва. Он провел концерт на одном дыхании, гибко и уверенно прочертив основные линии драмы. Особенно впечатляла чуткость, с которой солисты и дирижер следовали за свободным течением музыки, их взаимопонимание и единство намерений – результат тщательной репетиционной работы. Оркестр «Классика» и концертный хор Театра имени Мусоргского (главный хормейстер В. Столповских) звучали в единой манере – насыщенно и богато по оттенкам. А оркестр порадовал напевным и проникновенным исполнением известного Интермеццо. Конечно, эта работа просится на сцену Мариинки.

Ольга Романова