Аррау Клаудио / Claudio Arrau – чилийский пианист.

Когда в 1968 году Клаудио Аррау приехал в Ленинградскую филармонию, его сценический опыт составлял ровно 60 лет! Первый публичный концерт он дал в пять лет и фактически с этого момента начал вести жизнь концертирующего музыканта.

За рояль Аррау усадила мама – учительница фортепиано, мальчику тогда было три года. Через пару лет в Городском театре города Чильяна он играл «Детские сцены» Шумана, сонаты и вариации Моцарта и Бетховена. Критики сразу окрестили Клаудио «чилийским Моцартом». В 1909 году шестилетний пианист играет перед членами парламента и президентом Чили, а в 1911-м получает от правительства стипендию на обучение в Германии. Оплачивать пребывание Аррау и его семьи в Европе чилийские власти будут на протяжении 10 лет!

В Берлине Клаудио Аррау поступает в Консерваторию Штерна, его педагог Мартин Краузе не против совмещения студентом учебы и активной концертной жизни. Программы Аррау становятся всё сложнее, но его по-прежнему возят по миру как «чудо-ребенка». Юный пианист выступает перед саксонским королем, ездит по Европе, не прерывая туров даже в связи с начавшейся Первой мировой войной. С Клаудио Аррау сотрудничают ведущие мировые дирижеры: Никиш, Менгельберг, Клемперер, позднее – Фуртвенглер, Блех.

За достижениями музыканта пристально следят в Чили, перепечатывая восторженные европейские рецензии на его концерты, сообщая об очередных успехах: получении медали Густава Холландера по окончании консерватории, премии Франца Листа… В 1921 году пианисту настойчиво дают понять, что стажировка подошла к концу и необходимо предъявить результаты. На родине Аррау встречают как национального героя: в его честь устраивают приемы и салюты, у отеля перед концертами его ждет украшенный цветами экипаж, запряженный белыми лошадьми… В Чильяне пианист присутствует на торжественном открытии «Академии Клаудио Аррау» (напомним, что музыканту всего 18 лет!). Впрочем, преподавать он здесь не будет и, совершив турне по Латинской Америке, вернется в Европу, где его ждут новые контракты.

© Архив Санкт-Петербургской филармонии им. Д. Д. Шостаковича

Репертуар пианиста уже в те годы невероятно широк. Здесь и венские классики, и романтики – Шуман и Брамс, Шопен и Лист, французы – Равель и Дебюсси, испанцы – Гранадос и Альбенис, играет Аррау Бартока, Хиндемита и Онеггера, исполняет Бурлеску для фортепиано с оркестром Рихарда Штрауса под управлением автора…

Когда музыкант успевает учить новые программы, остается загадкой. За один только 1928 год Аррау посещает с концертами США, Австрию, Германию, Чили, Уругвай и Аргентину, в ноябре играет в Лондоне и Берлине, в декабре – в Неаполе!

В 1929 году чилийский пианист впервые приезжает в СССР. На сайте памяти музыканта, где с невероятной тщательностью выписаны все гастрольные туры Клаудио Аррау, указано, что в Советском Союзе он выступал в Москве, Ленинграде, Риге и Таллине. В архивах Петербургской филармонии (едва ли пианист подобного масштаба мог играть в Ленинграде 1929 года где-либо, кроме Большого зала) сведений об этих концертах нет – ни афиш, ни программок. В аннотации к концерту 1968 года написано, что Аррау уже был в СССР, но опять же, о ленинградских выступлениях не сказано. Скорее всего, советские гастроли ограничились в тот раз Москвой. Здесь чилийский музыкант дал клавирабенд и сыграл концерты Шопена (№ 2), Бетховена (№ 4) и Чайковского (№ 1). Публика восхищалась ярким темпераментом и невероятной техникой пианиста, но в рецензиях встречались и упреки в некоторой поверхностной виртуозности. Любопытно, что во второй визит некоторые авторы будут критиковать Аррау за излишне медленные темпы, «любование» деталями в ущерб виртуозности.

С 1930-х годов Аррау всё чаще выстраивает свои программы монографическими циклами: играет всего клавирного Баха (оба тома ХТК он выучил еще к приезду в Берлин, то есть к десяти годам!), дает серии концертов из всех сонат Моцарта, Бетховена, играет отдельные программы русской музыки – «Картинки с выставки» Мусоргского, «Исламея» Балакирева, сонаты Скрябина, «Петрушку» Стравинского… Позднее сам Клаудио Аррау подсчитает, что его сольного репертуара хватит на 76 разных программ, а «держит в руках» он 63 фортепианных концерта!

В 1940 году Аррау уезжает из Берлина. Сюда он не вернется до 1957-го, даже после окончания войны избегая приглашений в страну, которой когда-то правили нацисты. Первые годы он проводит на родине в Чили, но затем перебирается в США, где снова ведет привычную жизнь между роялем, самолетом и концертным залом: в распоряжении пианиста лучшие сцены, оркестры и дирижеры. Он играет с оркестрами – Бостонским, Чикагским, Нью-Йоркским филармоническим, его сольные вечера проходят в переполненном Карнеги-холле…

© Архив Санкт-Петербургской филармонии им. Д. Д. Шостаковича

В послевоенные годы к европейским и американским гастрольным маршрутам прибавятся Израиль, позднее – Япония и Индия. В напряженный график 1968 года пианист вписывает и советские концерты.

В мае 1968-го он играет в Большом зале Ленинградской филармонии Четвертый и Пятый концерты Бетховена с Симфоническим оркестром под управлением Неэме Ярви. Бетховен, а также Шуман, Лист и Дебюсси звучат в его единственной сольной программе. Рецензенты находят, что пианист, не потеряв технической формы, «приобрел мудрость и зрелость интерпретации»…

На ленинградскую сцену чилийский музыкант больше не вернется, хотя колесить по всему миру продолжит до самого последнего дня своей долгой жизни. Отметив 80-летие, сокрушенно заметит, что приходится снизить нагрузку всего до 70-ти концертов в год! А в его программах конца 1980-х будет не только Бетховен (его концерты и сонаты Аррау чаще всего исполняет в преклонном возрасте), но и концерты и соната Листа!

14 июня 1991 года Клаудио Аррау ждали в Дюссельдорфе с сольным концертом, после которого Дитрих Фишер-Дискау собирался вручить ему Золотую медаль Королевского филармонического общества Великобритании – одну из многочисленных наград, полученных пианистом в течение более восьми десятков лет выступлений. Однако 10 июня придет известие о кончине Клаудио Аррау. Останутся его многочисленные записи и посвященные ему книги, улицы и площади в Чили, названные в его честь.

О. Р.