фон Остен Зигуне / Sigune von Osten – немецкая певица, сопрано.

Зигуне фон Остен родилась в Дрездене, входившем тогда в состав Германской Демократической Республики. Но еще до возведения печально известной Берлинской стены (1961) семья перебралась в ФРГ, в Гамбург. Здесь Зигуне училась в Высшей школе музыки, продолжила образование в Карлсруэ.

Со студенческих лет Зигуне фон Остен увлеклась новой музыкой, сохраняя интерес к ней на протяжении всей дальнейшей успешной карьеры. Она вполне могла бы подписаться под сказанным когда-то Джоном Кейджем: «Не понимаю, почему люди боятся новых идей. Я боюсь старых».

Эти слова Кейджа были девизом проекта “ART POINT – Neue Ho(e)rizonte”, который Зигуне фон Остен проводила с 1996 года. Место, правда, выбрала для этого не новое, а с многовековой историей: с 1994-го с мужем-одноклассником и сыном певица жила в бывшей монастырской усадьбе неподалеку от Бад-Кройцнаха, а в примыкающей к ней (тоже бывшей) кожевенной фабрике обустроила концертный зал. Каждое лето сюда съезжались музыканты, художники, артисты, исследователи, чтобы обмениваться идеями и «расширить слуховой, визуальный и сенсорный опыт». Здесь же хозяйка дома открыла Академию ART POINT, погружая ее слушателей в тонкости современного музыкального языка и новой вокальной техники. Зигуне фон Остен знала в этом толк. За свою карьеру она исполнила более 100 мировых премьер.

О молодой певице впервые заговорили, когда в 1973 году на «Днях новой музыки» в Ганновере она исполнила «Арию» Кейджа, в название которой композитор добавил уточнение: «раскрашенная партитура для голоса». С одобрения автора Зигуне фон Остен повторила «Арию» в 1976-м в Нью-Йорке, потом пела в городах Европы, Северной и Южной Америки, Японии, а в 1993-м и в 2000-м записала на компакт-диск. Сотрудничество связывало певицу и с другими важнейшими фигурами современной музыки. Более полусотни раз она исполняла «Освещенную фабрику» (“La fabbrica illuminata”) Луиджи Ноно для голоса и магнитофонной записи, на которой зафиксированы как реальные фабричные шумы, голоса рабочих, так и их электронное преобразование. В 1985-м она представила премьеру двух кардинально иных по стилю сочинений другого итальянца – Джачинто Шельси: “Olehö” для голоса и двух гонгов (на них играет певица) и “Kövirügivogerü” для голоса соло.

Зигуне фон Остен интересовала музыка не только мэтров западного авангарда. Свои границы между Востоком и Западом она разрушила гораздо раньше, чем пала Берлинская стена, а вслед за ней и коммунистические режимы в странах Восточной Европы. Еще в 1975 году певица дала в Гамбурге мировую премьеру сочинения для сопрано соло «Черные и белые слезы» основателя «Пражской группы новой музыки» Марека Копелента – тогда опального чешского композитора, к музыке которого еще вернется. Открыта она была и для композиторов ГДР, а в день воссоединения Германии солировала в «Сарматских песнях» Зигфрида Маттуса в Комише-опере, откуда велась последняя прямая трансляция Радио Германской Демократической Республики.

Творческие контакты связывали Зигуне фон Остен и с другим композитором Восточной Германии – Пауль-Хайнцем Диттрихом. В 1987-м в Дрезденской филармонии она участвовала в премьере его сочинения для голоса, ансамбля и электроники «Стретта» (“Engführung”) на тексты Пауля Целлана.

«Камерную музыку IV» Диттриха для голоса и ансамбля на тексты Целлана Зигуне фон Остен включила в программу своего первого концерта в Петербургской филармонии. Он состоялся с ансамблем “United Berlin” 17 ноября 1993 года в Малом зале на фестивале новой музыки «Звуковые пути». Во II отделении звучал «Лунный Пьеро» Шенберга – редкий для филармонических сцен, но очень близкий артистке опус. Зигуне фон Остен умела «рассказывать» личные истории своих героинь, передавая мельчайшие движения их души живой интонацией голоса.

Это качество ценил в ней Оливье Мессиан. Вместе с автором и его женой, пианисткой Ивонн Лорио они готовили вокальный цикл «Харави» для концерта в декабре 1987 года в Братиславе, и композитор остался чрезвычайно доволен интерпретацией неизвестной ему прежде певицы. Позже фон Остен исполнит и другие его циклы, в том числе на одном из последних авторских вечеров Мессиана на фестивале в Линце (1991).

Три главных вокальных цикла Мессиана в исполнении Зигуне фон Остен услышит и петербургская филармоническая публика: «Харави» – в ноябре 1994-го, «Песни земли и небес» (петербургская премьера) и «Поэмы для Ми» – в ноябре 1995 года. Эти и другие выступления певицы вновь пройдут на фестивале «Звуковые пути», гостьей которого она будет еще трижды. В ноябре 1995-го споет цикл Хиндемита «Житие Марии» на стихотворения Рильке (за роялем, как и в Мессиане, – ее постоянный в те годы ансамблевый партнер Пи-хсиен Чен), в ноябре 1997 года с немецким ансамблем “Musica temporale” представит опус Ханса Вернера Хенце «Король Гарлема» (театр образов для голоса и ансамбля) на тексты Федерико Гарсиа Лорки и “Coming together” для шпрехштимме и ансамбля Фредерика Ржевского.

22 ноября 1998 года состоится единственное выступление Зигуне фон Остен в Большом зале: с Заслуженным коллективом под управлением Александра Дмитриева она исполнит монодраму Шенберга «Ожидание». Когда в декабре 1912 года Арнольд Шенберг приезжал дирижировать в зале Дворянского собрания своей поэмой «Пеллеас и Мелизанда», он познакомился с женой капельмейстера Придворного оркестра  Эраста Беллинга певицей Сандрой Беллинг. Она должна была исполнять «Ожидание» на следующих петербургских гастролях композитора, которые так и не состоялись. Петербургскую премьеру экспрессионистской атональной монодрамы дала спустя десятилетия Зигуне фон Остен, и это стало большим событием в музыкальной жизни города.

Концерт прошел при участии фестиваля «Звуковые пути»: в его программе в Малом зале в этот же приезд Зигуне фон Остен исполнила «Арию» Джона Кейджа, с которой когда-то началась ее международная карьера.

И. Р.