Ботстайн Леон / Leon Botstein – дирижер.

«Интересно, когда же Леон Ботстайн успевает спать?» – этой фразой журналист студенческого журнала “University of Chicago Magazine” начал в 2002 году статью о музыканте. Глядя на список должностей и занятий Ботстайна, понимаешь, что вопрос этот непраздный!

Эрудит и интеллектуал, автор множества музыковедческих книг и статей, редактор журнала “The Musical Quarterly”, член Американского философского общества, лауреат Американской академии искусств и литературы и престижной премии Гарвардского университета Centennial Award, медали Общества Брукнера и Премии Леонарда Бернстайна, Леон Ботстайн совмещает множество музыкальных и административных постов. Причем, коллективы, которые он возглавляет, стремятся продлить контракты с ним снова и снова. Так, в истории известного американского учебного заведения Бард-колледж с момента основания в 1860 году сменилось немало президентов: за первые 115 лет существования на этой позиции побывали 13 человек, с 1975-го, вот уже полвека колледж возглавляет Леон Ботстайн. А в истории Американского симфонического оркестра в 1962–1991 годах было семь главных дирижеров, включая основателя коллектива Леопольда Стоковского. С 1992-го, более трех десятилетий, оркестром руководит Ботстайн.

Он родился в польско-еврейской семье врачей в Швейцарии, бежавших от Второй мировой войны. В 1948-м родители с двухлетним сыном перебрались в Новый Свет. Обосновались в Нью-Йорке. Здесь Ботстайн с раннего детства учился играть на скрипке, в 16 лет окончил Манхэттенскую школу музыки и искусства, затем получил степень бакалавра искусств в Чикагском университете (где успел за время учебы основать камерный оркестр) и степень магистра и доктора на историческом факультете Гарварда (где также руководил студенческими симфоническими коллективами), в летние месяцы посещал курсы Бостонского симфонического оркестра в Тэнглвуде.

Аспирантом Гарварда, в 1969 году, он начал работать в администрации мэра Нью-Йорка Джона В. Линдси специальным помощником президента Совета по образованию. О проблемах американской образовательной системы и собственной концепции их решения Леон Ботстайн позднее напишет книгу «Дети Джефферсона». А пока, всего в 23 года, он стал президентом колледжа Франконии в Нью-Хэмпшире, оказавшись самым молодым руководителем не только в истории этого учебного заведения, но и в принципе в истории образовательных учреждений США. Сегодня это кажется важным пунктом его биографии, но в 1970-м предложение не выглядело престижным, колледж был на грани закрытия и попечители выбирали: закрыть его или доверить управление 23-летнему юноше без особого опыта. Ботстайн справился. И еще через пять лет перешел в Бард-колледж, где сразу развернул активную деятельность по реформированию программ, введению новых дисциплин и курсов (в частности, цикла лекций «Великие ученые», в рамках которого перед студентами колледжа выступили 46 нобелевских лауреатов), а в 1990-м основал Музыкальный фестиваль Барда.

Поворот назад к музыке, заброшенной было среди множества других интересов, занятий и дел, случился по трагическому поводу: в 1981 году в автокатастрофе погибла восьмилетняя дочь Леона Ботстайна.

«Я долго размышлял, как продолжить свою жизнь так, чтобы это имело смысл, и пришёл к выводу, что оплакивать дочь и считать себя жертвой, значит предать её память. Я должен был найти что-то, чем она могла бы косвенно гордиться, как тем, на что сподвигла меня своей смертью», – говорил он позднее.

Тогда он и вспомнил о том, что в юности мечтал стать вовсе не функционером от образования, а дирижером. Углублять знания отправился вновь в Гарвард, получив в итоге степень доктора истории музыки, одновременно занимался дирижированием, вскоре возглавил Филармонический камерный оркестр долины Гудзона, а в 1992-м – и Американский симфонический оркестр.

С тех пор обе линии его карьеры шли параллельно. Ботстайн появлялся за пультом лондонских Симфонического, Филармонического и оркестра «Филармония», Филармонического оркестра Би-Би-Си, Королевского Шотландского оркестра, гамбургского Симфонического оркестра Северогерманского радио, Бамбергского симфонического, Будапештского фестивального оркестра и Будапештской оперы, мадридского театра «Реал», целого ряда американских коллективов, в 2003–2011 был музыкальным руководителем Иерусалимского симфонического оркестра, где сохранил звание дирижера-лауреата. В его репертуаре, помимо Брукнера, Брамса, Штрауса, Регера, Шимановского, Копланда, Бернстайна, всегда находилось место для русской и советской музыки. Так, премию «Грэмми» Леону Ботстайну принесла запись Первой симфонии Гавриила Попова.

Советские классики – Прокофьев (кантата «Здравица) и Шостакович (Вторая симфония), а также «Кармина Бурана» Орфа – были в программе первого концерта Леона Ботстайна в Большом зале Петербургской филармонии. Он состоялся в сентябре 2001 года. К Заслуженному коллективу в кантатах присоединились Концертный хор театра оперы и балета имени Мусоргского (Михайловского), Детский хор телевидения и радио Санкт-Петербурга и петербургские солисты.

К этому времени в Петербурге он бывал не раз: еще в середине 1990-х годов Леон Ботстайн подписал с ректором Санкт-Петербургского государственного университета Людмилой Вербицкой соглашение о создании совместной программы СПбГУ и Бард-колледжа – Смольного института свободных искусств (ныне Факультет свободных искусств и наук СПбГУ) и сам долгие годы входил в его руководство (соглашение было расторгнуто в 2021).

Примерно в это же время, в 1990-е, Ботстайн возглавил Российско-американский молодежный оркестр (РАМО), созданный еще в 1987-м при попечительстве двух тогдашних первых леди – Раисы Горбачевой и Нэнси Рейган. Сессионный коллектив, куда после строгого конкурсного отбора приглашали талантливых молодых музыкантов из России и США, представлял программы в разных странах мира. Бывал и в Петербурге: в июне 1999-го дал концерты в Мариинском театре и Капелле, а 29 июня 2002 года в рамках тура к 15-летию оркестра выступил под управлением Леона Ботстайна в Большом зале филармонии. Звучали Пятая симфония Малера и Скрипичный концерт Хачатуряна, в котором солировал 16-летний Михаил Симонян. Рецензент московского концерта с такой же программой был, впрочем, неприятно удивлен качеством выступления музыкантов («Коммерсантъ», 29.06.2002), реакция петербургской критики на страницах газет не отразилась.

С разными коллективами – симфоническим оркестром Бард-колледжа, оркестром и труппой Мариинского театра – Леон Ботстайн появлялся перед петербургской публикой и позднее, в Москве давал концерты за пультом Российского национального оркестра. В Петербургской филармонии он больше не выступал.

О. Р.