Бартоли Чечилия / Cecilia Bartoli – итальянская певица, колоратурное меццо-сопрано.

Обладательница 17 номинаций и пяти статуэток «Грэмми», многочисленных премий ‘’ECHO Klassik’’, “Diapason”, ‘’Polar Music Prize’’, Премии Герберта фон Караяна и многих других наград, Чечилия Бартоли сегодня занимает несколько важных постов в музыкальном мире. В 2023-м она стала первой женщиной на позиции художественного руководителя Оперы Монте-Карло, резидентом которой является и созданный Бартоли оркестр исторических инструментов “Les Musiciens du Prince-Monaco”. С 2012-го возглавляет Зальцбургский Троицкий фестиваль (Salzburg Whitsun Festival), где сама когда-то дебютировала в юности. Руководит собственным фондом поддержки начинающих певцов: одна из самых именитых вокалисток мира, она хорошо помнит, как важна эта поддержка в начале пути.

Среди тех, кто помог самой Чечилии Бартоли на старте ее блистательной карьеры, были великие музыканты. Дочь артистов Римской оперы, она с детства брала уроки у матери, в 9 лет вышла на сцену в партии пастушка в пуччиниевской «Тоске». В римскую Академию Санта-Чечилия отправилась отчего-то на тромбон, но вернулась к вокалу и в 19 лет была отобрана на телевизионное шоу “Fantastico”, где исполнила дуэты из «Севильского цирюльника» и «Сказок Гофмана», причем ее партнером в Россини был Лео Нуччи, а в Оффенбахе – Катя Риччарелли. Шоу, в котором дебютанты пели со звездами, смотрел по телевизору Риккардо Мути, тут же пригласивший юную Бартоли к сотрудничеству. А через год ее позвал в Зальцбург Герберт фон Караян: под его управлением певица солировала в Мессе си минор Баха…

С этого момента ангажементы Бартоли следовали один за другим. Самые престижные оперные дома мира звали ее на партии в операх Моцарта и Россини. Церлиной в «Дон Жуане» она дебютировала в Ла Скала, Керубино из «Свадьбы Фигаро» – в парижской Опера Бастиль, Дорабеллой в «Так поступают все» – на фестивале «Флорентийский музыкальный май», а Деспиной из той же оперы – в нью-йоркской Метрополитен. Розину из «Севильского цирюльника» пела в Риме, Вене, Барселоне, Цюрихе, Лионе, Гамбурге, Хьюстоне, Золушку – в Болонье, Цюрихе, Хьюстоне… В свои постановки и концерты ее приглашали Николаус Арнонкур, Пьер Булез, Джузеппе Синополи, Клаудио Аббадо, Джеймс Ливайн, Георг Шолти, Риккардо Шайи, Уильям Кристи, Шарль Дютуа, Зубин Мета, Саймон Рэттл.

Формально Чечилия Бартоли представляют как колоратурное меццо-сопрано, но ее голос, охватывающий огромный диапазон, позволяет петь и сопрановый репертуар. Помимо удивительного таланта Бартоли сразу же проявила еще одно редкое качество – любопытство. Блистая в партиях Моцарта, записала диск c ариями его некогда главного конкурента Сальери. В библиотеках и архивах разыскала арии из канувших в лету опер Вивальди. Альбом “Mission” посвятила творчеству забытого композитора Агостино Стеффани (1654–1728). Диск “Sacrificium” (с оркестром Il Giardino Armonico под управлением Джованни Антонини) – репертуару кастратов, причем многие из «головоломных» арий, вошедших в альбом, считались в настоящее время практически «неисполнимыми», и Бартоли пела их первой (и пока последней) в новую эпоху.

Чечилия Бартоли называет себя «любительницей библиотечной пыли», уверяя, что зачастую лишь в рукописях можно увидеть истинный замысел композитора:

«В одном из архивов в Берлине, где разрешалось работать в специальных перчатках, я открыла рукопись партитуры оперы «Так поступают все» Моцарта и обмерла. Перед глазами пронеслось столько нюансов, я могла чувствовать мыслительный процесс Моцарта, буквально видеть душу композитора. В рукописях Вивальди было столько зачеркиваний и переписываний, столько импульсивно написанных нот... А тщательный почерк Беллини, аккуратно выписывавшего свои прекрасные мелодии, голоса и такты в "Сомнамбуле" или "Норме"! Это давало понимание характера стиля. Ничего подобного в напечатанных нотных изданиях найти нельзя».

К альбомам, представляющим заново открытый певицей пласт оперного искусства прошлого, относится и диск «Санкт-Петербург», записанный в 2014 году со швейцарским камерным оркестром ‘’I Barocchisti’’ под управлением Диего Фазолиса на лейбле ‘’Decca Classic’’. В него вошли арии из опер итальянских и немецких композиторов, работавших при Дворе трех российских императриц XVIII века – Анны Иоанновны, Елизаветы Петровны и Екатерины Великой. Рукописи Франческо Арайи, Херманна Раупаха, Доменико Далл’Оглио, Луиджи Мадониса, Винченцо Манфредини и Доменико Чимарозы Бартоли отыскала в библиотеке Мариинского театра. Презентация проекта состоялась в Зеркальном зале Версаля, позднее певица представила альбом в Берлине, Амстердаме, Париже, Брюсселе, Вене, Гамбурге, Праге, Мюнхене и других европейских городах. В 2016 году побывала с этой программой и в городе, имя которого получил диск: в Петербурге, в Мариинском театре, где уже пела в 2012-м с оркестром Валерия Гергиева. Тогда же призналась, что идея альбома занимала ее давно:

«Проект «Санкт-Петербург» для меня начался много лет назад. Когда я училась в консерватории, у нас, разумеется, была дисциплина под названием «история музыки». На лекциях по этому предмету учителя говорили, что русская опера началась с «Жизни за царя» Михаила Глинки в 1836 году. Потом я пришла к барочной музыке и, изучая ее самостоятельно, всё время наталкивалась на информацию о том, что множество итальянских композиторов уезжали работать в Петербург. И было это за 100 лет до Глинки! Я задалась вопросом: кто эти композиторы и что они там делали? И начала свое расследование. Вначале мои розыски наталкивались на серьезные затруднения. […] в те времена в вашу страну было непросто приехать. После перестройки стало легче, но проблемы с доступом в архивы оставались. […] А в 2004 году я приехала и наконец начала свое исследование…»

В тот приезд в Россию состоялось два концерта итальянской примадонны: 2 ноября 2004-го – в Большом зале Московской Консерватории, 4 ноября – в Большом зале Петербургской филармонии. В программе были виртуозные арии Россини, романсы и песни Беллини, Доницетти, Делиба, Бизе, Берлиоза, неожиданно – два романса Полины Виардо – певицы, возлюбленной Ивана Тургенева и Шарля Гуно, когда-то тоже пленившей Петербург своим голосом.

В разные годы за роялем в камерных вечерах Чечилии Бартоли были Даниэль Баренбойм, Жан Ив Тибоде, Андраш Шифф и другие знаменитые солисты-пианисты. В Большом зале филармонии ей аккомпанировал ученик Шиффа, итальянец Серджио Чиомей (Sergio Ciomei, род. в 1965). Лауреат нескольких фортепианных конкурсов, в том числе Международного конкурса имени Моцарта в Зальцбурге (1991, II премия), Чиомей играл в престижных залах мира не только за фортепиано, но так же как клавесинист и органист. С Чечилией Бартоли его объединяла любовь к барочной музыке, и с 2001 года они нередко выступали вместе.

Анонсируя российские концерты Бартоли 2004 года, Сергей Ходнев в газете «Коммерсантъ» писал:

«Мировая популярность оперной певицы Чечилии Бартоли – настоящий феномен. Билеты на ее концерты распродаются за несколько часов. Три ее последних альбома, вышедшие с 1999 года по прошлый, тоже расходились с удивительной скоростью – и это несмотря на огромные тиражи. Причем, что особенно удивительно, покупают их все, а не только обычный круг потребителей мейнстримного оперного вокала. А восторженные отзывы пишут критики, занимавшиеся до этого исключительно рок-музыкой. Фэн-клубы итальянки отыскиваются повсюду, в Японии и Дании, в Венгрии и Новой Зеландии. Такого не бывало с начала 1990-х – со времени успеха "трех теноров". Однако разница между этими двумя историями успеха – трио великих теноров против одинокого меццо – очевидна. Во-первых, трудно себе представить Чечилию Бартоли, концертирующую на стадионе. Во-вторых, чем радовали своих слушателей «три тенора»? Неаполитанские песенки типа "O sole mio" плюс пара самых известных оперных шлягеров вроде песенки Герцога из "Риголетто". Бартоли вряд ли что-то принципиально имеет против оперных шлягеров как таковых. Но исполнять и записывать предпочитает все-таки не совсем шлягерные вещи».

Любовь к редкому репертуару певица сохранит навсегда, хотя споет и «Застольную песню» из «Травиаты» с Лучано Паваротти, запишет пару «популярных» песен и с Андреа Бочелли. Да и на стадионе все же споет – ее голос звучал в Милане на открытии Зимней олимпиады-2026. Но это исключения. На пятом десятке своей карьеры Бартоли продолжает выступать в Вене, Люцерне, Монте-Карло, Берлине, Зальцбурге (где еще в 2023-м ей присвоили звание «каммерзингерин») и на других сценах в операх Генделя, Глюка, Моцарта, Россини, смело примеряет рискованные сценические образы современных режиссеров, участвует в гала-концертах, появляется с сольными программами, и уверяет: «До тех пор, пока мне интересно заниматься своей работой, любопытно открывать новые ее грани, я буду продолжать наслаждаться музыкой и делиться ею с моими слушателями».

О. Р.